ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ СЛОВО ПО ДОКЛАДУ 
"О СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКОМ 
УКЛОНЕ В НАШЕЙ ПАРТИИ" 
3 ноября 1926 г, 
  
I 
О НЕКОТОРЫХ ОБЩИХ ВОПРОСАХ 
1. МАРКСИЗМ НЕ ДОГМА, А РУКОВОДСТВО К ДЕЙСТВИЮ 
Товарищи! В своём докладе я говорил, что марксизм не догма, а руководство к действию, что известная формула Энгельса, данная в 40-х годах прошлого столетия, была правильна в своё время, но теперь она стала недостаточной. Я говорил, что она должна быть ввиду этого заменена формулой Ленина, о том, что при новых условиях развития капитализма и классовой борьбы пролетариата победа социализма в отдельных странах вполне возможна и вероятна. 
Мне возражали во время прений. Особенно постарался в этом отношении Зиновьев. Я вынужден поэтому вновь поставить этот вопрос и осветить его более подробно. 
Я думаю, что Зиновьев не читал "Принципов коммунизма" Энгельса, а если читал, - не понял их, иначе он не стал бы возражать, иначе он учёл бы тот факт, что за старую формулу Энгельса цепляется теперь социал-демократия в своей борьбе с ленинизмом, иначе Зиновьев понял бы, что, идя по стопам социал-демократии, можно нарваться на некоторые опасности "перерождения". 
Вот что говорит Энгельс в своих "Принципах коммунизма", представляющих собой изложение отдельных положений в виде вопросов и ответов. 
"Вопрос: Возможно ли произвести отмену частной собственности сразу? 
Ответ: Нет, невозможно, точно так же, как нельзя сразу увеличить имеющиеся средства производства в таких пределах, какие необходимы для создания общественного производства. Поэтому революция пролетариата , которая, по всей вероятности, произойдёт, сумеет только постепенно преобразовать нынешнее общество и лишь после этого отменит частную собственность, когда уже будет создана необходимая для этого масса средств производства. 
Вопрос: Каков будет ход этой революции? 
Ответ: Прежде всего, она создаст демократический строй и тем самым, прямо или косвенно, политическое господство пролетариата"" 
Речь идёт здесь, очевидно, о свержении буржуазии и завоевании диктатуры пролетариата. Вы знаете, товарищи, что этот пункт у нас уже осуществлён, осуществлён с избытком. (Голоса: "Верно!". "Правильно!".) 
Дальше: 
"Демократия была бы совершенно бесполезна для пролетариата, если ею не воспользоваться немедленно, как средством для проведения широких мероприятий, непосредственно посягающих на частную собственность и обеспечивающих существование пролетариата. Главнейшие мероприятия эти, с необходимостью вытекающие из существующих ныне условий, суть следующие: 
1) Ограничение частной собственности: прогрессивный налог, высокий налог на наследства, отмена наследования в боковых линиях (братьев, племянников и т.д.), принудительные займы и т.д.". 
Вы знаете, что эти мероприятия осуществлены и осуществляются у нас с избытком. 
Дальше: 
"2) Постепенная экспроприация земельных собственников, фабрикантов, владельцев железных дорог и морских судов, частью посредством конкуренции со стороны государственной промышленности, частью непосредственно путем выкупа ассигнатами". 
Вы знаете, что эти мероприятия также проведены у нас еще в первые годы нашей революции. 
Дальше: 
"3) Конфискация имущества всех эмигрантов и бунтовщиков, восставших против большинства народа". 
Вы знаете, что мы уже конфисковали и переконфисковали так, что дальше некуда итти. (Смех.) Дальше: 
"4) Организация труда или предоставление занятии пролетариям в национальных имениях, фабриках и мастерских, благодаря чему будет устранена конкуренция рабочих между собой, и фабриканты, поскольку они еще останутся, будут вынуждены платить такую же высокую плату, как и государство". 
Известно, что на этом пути мы стоим, на этом пути мы одерживаем ряд побед, и в основном этот пункт уже осуществляется с успехом. 
Дальше: 
"5) Одинаковый принудительный труд для всех членов общества до полной отмены частной собственности. Образование промышленных армий, в особенности для сельского хозяйства". 
Вы знаете, что мы пробовали этот путь в период военного коммунизма, в виде организации трудовых армий. Но на этом пути больших результатов не добились. Мы пошли потом к этой цели обходными путями, и нет оснований сомневаться в том, что добьёмся в этой области решающих успехов. 
Далее: 
"б) Централизация кредитной системы и торговли деньгами в руках государства посредством национального банка с государственным капиталом. Закрытие всяких частных банков и банкирских контор". 
Это также, товарищи, как вам хорошо известно, в основном уже осуществлено у нас. 
Далее: 
"7) Увеличение числа национальных фабрик, мастерских, железных дорог и морских судов, обработка всех земель, остающихся невозделанными, и улучшение обработки возделанных уже земель соответственно тому, как увеличиваются капиталы и растет число рабочих, которыми располагает нация". 
Вы знаете, что и это дело осуществляется и идет у нас вперёд, чему содействует всемерно и национализация земли, и национализация основных отраслей промышленности. 
Дальше: 
"8) Воспитание всех детей с того момента, как они могут обходиться без материнского ухода, в государственных учреждениях и на государственный счет". 
Это дело у нас осуществляется, но оно далеко еще не осуществлено, так как, разоренные войной и интервенцией, мы еще не в состоянии взять на попечение государства воспитание всех детей в стране. 
Дальше: 
"9) Сооружение больших дворцов в национальных владениях, в качестве общих жилищ для коммун граждан, которые будут заниматься промышленностью, сельским хозяйством и соединять преимущества городского и сельского образа жизни, не страдая от их односторонности и недостатков". 
Речь идёт, очевидно, о жилищном вопросе в большом масштабе. Вы знаете, что это дело мы двигаем вперед, и ежели оно в основном еще не осуществлено и не скоро, пожалуй, будет осуществлено, то это потому, что, получив в наследство разорённую промышленность, мы не успели еще и не могли успеть накопить достаточные фонды для широкого жилищного строительства. Дальше: 
"10) Разрушение всех нездоровых и плохо построенных жилищ и кварталов в городах". 
Этот пункт является составной частью предыдущего пункта, - поэтому сказанное насчет предыдущего пункта должно быть отнесено и к этому пункту. 
Дальше: 
"II) Одинаковое право наследования для брачных и внебрачных детей". 
Мне кажется, что это дело идёт у нас, так сказать, удовлетворительно. 
Наконец, последний пункт: 
"12) Концентрация всего транспортного дела в руках нации". 
Вы знаете, что это дело уже осуществлено у нас полностью. 
Такова, товарищи, программа пролетарской революции, данная Энгельсом в его "Принципах коммунизма". 
Вы видите, товарищи, что девять десятых этой программы уже осуществлено нашей революцией. 
Дальше: 
"Вопрос: Может ли эта революция (о которой говорилось выше. И. Ст.) произойти в одной какой-нибудь стране! 
Ответ: Нет. Крупная промышленность уже тем, что она создала мировой рынок, так связал" между собой все народы живого шара, в особенности цивилизованные народы, что каждых из них зависит от того, что происходит у другого. Затем крупная промышленность так уравняла общественное развитие во всех цивилизованных странах, что всюду буржуазия и пролетариат стали двумя решающими классами общества и борьба между ними - главной борьбой нашего времени. Поэтому коммунистическая революция будет не только национальной, во произойдёт одновременно во всех цивилизованных странах, т. е., по крайней мере, в Англии, Америке, Франции и Германии"... (см. Ф. Энгельс, "Принципы коммунизма"). 
Вот как обстоит дело, товарищи. 
Энгельс говорил, что пролетарская революция с изложенной выше программой не может произойти в отдельной стране. А факты говорят, что в новых условиях классовой борьбы пролетариата, в условиях империализма мы уже произвели в основном такую революцию в отдельной стране, в нашей стране, осуществив девять десятых её программы. 
Зиновьев может сказать, что мы ошиблись, осуществив эту программу, осуществив эти пункты. (Смех.) Очень может быть, что мы допустили некоторую "национальную ограниченность", осуществив эти пункты. (Смех.) Очень может быть. Но одно всё же ясно, что то, что считал Энгельс в 40-х годах прошлого столетия, в условиях домонополистического капитализма, неосуществимым и невозможным для одной страны, стало осуществимым и возможным в нашей стране, в условиях империализма. 
Конечно, если бы Энгельс был жив, он не стал бы цепляться за старую формулу, а, наоборот, всемерно приветствовал бы нашу революцию, говоря: "К черту все старые формулы, да здравствует победоносная революция в СССР!". (Аплодисменты.) 
Но не так думают господа из лагеря социал-демократов. Они цепляются за старую формулу Энгельса для того, чтобы, прикрывшись ею, облегчить себе борьбу против пашей революции, против большевиков. Это их дело, конечно. Плохо только, что Зиновьев старается подражать этим господам, становясь в данном случае на путь социал-демократии. 
Приводя формулу Энгельса и развивая её подробно, я имел в виду три соображения: 
во-первых, путём противопоставления формулы Ленина о возможности победы социализма в одной стране формуле Энгельса, являющейся наиболее крайним и резким выражением точки зрения марксистов старого периода, - создать максимальную ясность в вопросе; 
во-вторых, разоблачить реформизм и антиреволюционализм социал-демократии, старающейся прикрыть свой оппортунизм ссылкой на старую формулу Энгельса; 
в-третьих, показать, что Ленин был первый, который разрешил вопрос о победе социализма в одной стране. 
Надо признать, товарищи, что именно Ленин, а не кто-либо другой, открыл истину о возможности победы социализма в одной стране. Нельзя отнять у Ленина то, что принадлежит ему по праву. Не надо бояться правды, надо иметь мужество сказать правду, надо иметь мужество сказать открыто, что Ленин был первый из марксистов, который по-новому поставил вопрос о победе социализма в одной стране и разрешил его в положительном смысле. 
Я этим вовсе не хочу сказать, что Ленин, как мыслитель, был выше Энгельса или Маркса. Я хочу этим сказать только две вещи: 
во-первых: нельзя требовать от Энгельса или Маркса, какими бы они ни были гениальными мыслителями, чтобы они предусмотрели в период домонополистического капитализма все возможности классовой борьбы пролетариата и пролетарской революции, открывшиеся спустя более чем полстолетие, в период развитого монополистического капитализма; 
во-вторых: нет ничего удивительного в том, что Ленин, как гениальный ученик Энгельса и Маркса, сумел подметить новые возможности пролетарской революции в новых условиях развития капитализма и открыл, таким образом, истину о возможности победы социализма в одной стране. 
Нужно уметь различать между буквой и сущностью марксизма, между отдельными положениями и методом марксизма. Ленину удалось открыть истину о победе социализма в одной стране потому, что он считал марксизм не догмой, а руководством к действию, он не был рабом буквы и умел схватывать главное, основное в марксизме. 
Вот что говорит на этот счёт Ленин в своей брошюре "Детская болезнь "левизны" в коммунизме": 
"Наша теория не догма, а руководство к действию - говорили Маркс и Энгельс, и величайшей ошибкой, величайшим преступлением таких "патентованных" марксистов, как Карл Каутский, Отто Бауэр и т.п., является то, что они этого не поняли, не сумели применить в самые важные моменты революции пролетариата" (см. т. XXV, стр. 211). 
Вот путь, путь Маркса, Энгельса и Ленина, на котором мы стоим и на котором должны стоять и впредь, если мы хотим оставаться революционерами до конца. 
Ленинизм отстоял себя как марксизм эпохи империализма и пролетарской революции потому, что он стоял и продолжает стоять на этом пути. Отойти от этого пути - значит попасть в болото оппортунизма. Соскользнуть с этого пути - значит поплестись в хвосте за социал-демократией, что и произошло в данном случае с Зиновьевым. 
Зиновьев говорил здесь, что впоследствии Марке и Энгельс смягчили старую формулу Энгельса, допустив возможность того, что пролетарская революция может начаться и в отдельных странах. Он приводил цитату Энгельса о том, что "француз начнёт, а немец доделает". Всё это верно. Это известно теперь каждому совпартшкольцу. Но дело в том, что не об этом идёт теперь речь. Одно дело сказать: начиная революцию, тебя в ближайшее же время поддержит победоносная революция в других странах, причём, в случае такой победы в других странах, ты можешь рассчитывать на победу. Это одно дело. Другое дело сказать: начинай революцию и двигай её дальше, зная, что, если даже не подоспеет в ближайшее время победа революции в других странах, условия борьбы теперь, в период развитого империализма, таковы, что ты можешь всё же победить для того, чтобы разжечь потом революцию в других странах. Это другое дело. 
И если я приводил старую формулу Энгельса, те не доя того, чтобы пройти мимо факта о том, что Энгельс и Маркс впоследствии смягчили эту резкую и крайнюю формулу, а для того, чтобы: 
а) создать ясность в вопросе путём противопоставления двух противоположных формул; 
б) вскрыть оппортунизм социал-демократии, старающейся прикрыться старой формулой Энгельса; 
в) показать, что Ленин был первый, который по-новому поставил вопрос о победе социализма в одной стране и разрешил его в положительном смысле. 
Как видите, товарищи, я был прав, говоря, что Зиновьев не читал "Принципов коммунизма", а если и читал, то не понял их, трактуя старую формулу Энгельса по социал-демократически и скатившись, таким образом, на путь оппортунизма. 
8. НЕКОТОРЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ ЛЕНИНА О ДИКТАТУРЕ 
ПРОЛЕТАРИАТА 
Я говорил, дальше, в своём докладе, что ив имеем более или менее аналогичный случай в вопросе о диктатуре пролетариата в обстановке развитого империализма. Я говорил, что в вопросе о диктатуре пролетариата, понимаемой как слом старого буржуазного государственного аппарата и постройка нового пролетарского аппарата. Марке сделал в своё время (в 70-х годах XIX столетия) исключение для Англии и, пожалуй, для Америки, где милитаризм и бюрократизм были развиты тогда мало я где могла быть тогда возможность достижения политического господства пролетариата другими путями, "мирными" путями. Я говорил, что это исключение или ограничение, допущенное Марксом для Англии к Америки, будучи тогда правильным, стало, по мнению Ленина, неправильным и излишним в нынешних условиях развитого империализма, когда милитаризм и бюрократия расцвели в Англии и Америке так же, как и в других странах. 
Позвольте, товарищи, сослаться на Маркса. Вот что писал Маркс в своём письме и Кугельману в апреле 1871 года: 
"...Если ты заглянешь в последнюю главу моего "18-го Брюмера", ты увидишь, что следующей попыткой французской революции я объявляю: не передать из одних рук в другие бюрократически-военную машину, как бывало до сих пор, а сломать её..., и именно таково предварительное условие всякой действительной народной революции на континенте . Как раз в этом и состоит попытка наших геройских парижских товарищей". (Цитирую по книге Ленина "Государство и революция", т. XXI, стр. 394.) 
Так писал Маркс в 1871 году. 
За эту цитату ухватились, как известно, все и всякие социал-демократы и первым долгом Каутский, утверждая, что насильственная революция пролетариата не является обязательным методом движения к социализму, что диктатура пролетариата не должна быть понята обязательно, как слом старого буржуазного государственного аппарата и постройка нового пролетарского аппарата, что мирный путь перехода от капитализма к социализму является тем самым путем, за который и должен бороться пролетариат. 
Как реагировал на это обстоятельство тов. Ленин? Вот что он писал на этот счет в своей книге "Государство и революция": 
"Интересно отметить особо два места в приведенном рассуждении Маркса. Во-первых, он ограничивает свой вывод континентом. Это было понятно в 1871-ом году, когда Англия была еще образцом страны чисто-капиталистической, но без военщины и в значительной степени без бюрократии. Поэтому Марке исключал Англию, где революция, и даже народная революция, представлялась и была тогда возможной без предварительного условия разрушения "готовой государственной машины". 
Теперь, в 1917-ом году, в эпоху первой великой империалистской войны, это ограничение Маркса отпадает . И Англия и Америка, крупнейшие и последние - во всем мире - представители англо-саксонской "свободы" в смысле отсутствия военщины и бюрократизма, скатились вполне в общеевропейское грязное, кровавое болото бюрократически-военных учреждений, всё себе подчиняющих, всё собой подавляющих. Теперь и в Англии и в Америке "предварительным условием всякой действительно народной революции" является ломка, разрушение "готовой" (изготовленной там в 1914-1917 годах до "европейского", общеимпериалистского, совершенства) "государственной машины"" (см. т. XXI, стр. 395). 
Вы видите, что мы имеем тут случай, более или менее аналогичный тому случаю, о котором я докладывал в связи со старой формулой Энгельса о победе социализма. 
Ограничение или исключение, допущенное Марксом для Англии и Америки, имело свои основания, пока не было развитого милитаризма и развитой бюрократии в этих странах. Это ограничение отпало, по мнению Ленина, в новых условиях монополистического капитализма, когда милитаризм и бюрократия развились в Англии и Америке не меньше, если не больше, чем в странах европейского континента. 
Поэтому насильственная революция пролетариата, диктатура пролетариата, является неизбежным и обязательным условием движения к социализму во всех без исключения империалистических государствах. 
Поэтому оппортунисты всех стран, цепляясь за допущенное Марксом условно ограничение и ратуя против диктатуры пролетариата, защищают не марксизм, а своё собственное оппортунистическое дело. 
Ленин пришел к этому выводу потому, что он умел различать между буквой марксизма и сущностью марксизма, он рассматривал марксизм не как догму, а как руководство к действию. 
Было бы странно требовать, чтобы Маркс предусмотрел за несколько десятилетий все и всякие возможности развития капитализма в классовой борьбы в будущем. Но было бы ещё более странно удивляться тому, что Ленин подметил и обобщил эти возможности в новых условиях развития капитализма, когда эти возможности появились и развились в более чем достаточной степени. 
Тут была реплика с места, кажется, Рязанова, о том, что ограничение, допущенное Марксом для Англии и Америки, неправильно не только для нынешних условий классовой борьбы, но оно было неправильно и для тех условий, когда Маркс допускал это ограничение. Я не согласен с Рязановым. Я думаю" что Рязанов ошибается. Во всяком случае, Ленин думает об этом иначе, заявляя совершенно определённо, что Маркс был прав, делая такое допущение для Англии и Америки 70-х годов. 
Вот что пишет об атом тов. Ленин в своей брошюре "О продналоге": 
"Когда мы спорили в ЦИК с Бухариным, он заметил между прочим: в вопросе о высоких жалованьях специалистам "мы" "правее Ленина", ибо никакого отступления от принципов здесь не видим, памятуя слова Маркса, что при известных условиях рабочему классу всего целесообразнее было бы "откупиться от этой банды" (именно от банды капиталистов, т. е. выкупать у буржуазии землю, фабрики, заводы и прочие средства производства). Это чрезвычайно интересное замечание". "...Вдумайтесь в мысль Маркса. Дело шло об Англии 70 годов прошлого века, о кульминационном периоде домонополистического капитализма, о стране, в которой тогда всего меньше было военщины и бюрократии, о стране, в которой тогда всего более было возможностей "мирной" победы социализма в смысле "выкупа" буржуазии рабочими. И Маркс говорил: при известных условиях рабочие вовсе не откажутся от того, чтобы буржуазию выкупить. Маркс не связывал себе - и будущим деятелям социалистической революции - рук насчёт форм, приемов, способов переворота, превосходно понимая, какая масса новых проблем тогда встанет, как изменится вся обстановка в хода переворота, как часто и сильно будет она меняться в ходе переворота. Ну, а в Советской России после взятия власти пролетариатом, после подавления военного и саботажнического сопротивления эксплуататоров - неужели не очевидно, что некоторые условия сложились по типу тех, которые могли бы сложиться полвека тому назад в Англии, если бы она мирно стала тогда переходить к социализму? Подчинение капиталистов рабочим в Англии могло бы тогда быть обеспечено следующими обстоятельствами: (1) полнейшим преобладанием рабочих, пролетариев в населении, вследствие отсутствия крестьянства (в Англии в 70 годах были признаки, позволявшие надеяться на чрезвычайно быстрые успехи социализма среди сельских рабочих); (2) превосходной организованностью пролетариата в профессиональных союзах (Англия была тогда первою в мире страной в указанном отношении); (3) сравнительно высокой культурностью пролетариата, вышколенного вековым развитием политической свободы; (4) долгой привычкой великолепно организованных капиталистов Англии - тогда они были наилучше организованными капиталистами из всех стран мира (теперь это первенство перешло к Германии) - к решению компромиссом политических и экономических вопросов. Вот в силу каких обстоятельств могла тогда явиться мысль о возможности мирного подчинения капиталистов Англии её рабочим... Маркс был глубочайше прав, когда учил рабочих важности сохранить организацию крупнейшего производства именно в интересах облегчения перехода к социализму и полной допустимости мысли о том, чтобы хорошо заплатить капиталистам, выкупить их, ежели (в виде исключения: Англия была тогда исключением) обстоятельства сложатся так, что заставят капиталистов мирно подчиниться и культурно, организованно перейти к социализму на условии выкупа" (см. т. XXVI, стр. 327-329). 
Очевидно, что прав здесь Ленин, а не Рязанов. 
3. О НЕРАВНОМЕРНОСТИ РАЗВИТИЯ 
КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАН 
Я говорил в своём докладе, что Ленин открыл и обосновал закон неравномерности экономического и политического развития капиталистических стран, что, исходя из этого закона, исходя из факта развития и обострения неравномерности, Ленин пришёл к идее о возможности победы социализма в одной стране. Против этого положения возражали Троцкий и Зиновьев, - Троцкий говорил, что это положение Ленина неправильно теоретически. А Зиновьев вместе с Троцким заявили, что раньше, в период домонополистического капитализма, неравномерности развития было больше, чем теперь, в период монополистического капитализма, что связывать идею о возможности победы социализма в одной стране с законом неравномерности капиталистического развития нельзя. 
Что Троцкий возражает против известного теоретического положения Ленина о законе неравномерного развития, в этом нет ничего удивительного, ибо известно, что этот закон опрокидывает теорию Троцкого о перманентной революции. 
Кроме того, Троцкий явным образом сбивается здесь на обывательскую точку зрения. Он смешивает здесь экономическое неравенство отдельных стран в прошлом - каковое неравенство не всегда вело, и не могло вести, к скачкообразности развития этих стран - с неравномерностью экономического и политического развития в период империализма, когда экономического неравенства между странами меньше, чем это было в прошлом, но неравномерности экономического и политического развития несравненно больше, чем прежде, и проявляется она острее, чем раньше, причём неравномерность эта ведёт обязательно и неминуемо v скачкообразности развития, ведёт к тому, что отставшие в промышленном отношении страны в более или менее короткий срок перегоняют ушедшие вперёд страны, что не может не создать, таким образом, предпосылок для грандиозных империалистических войн и возможности победы социализма в одной стране. 
Едва ли нужно доказывать, что такое смешение двух разнородных понятий не говорит, и не может говорить, о высоком "теоретическом" уровне Троцкого. 
Но я не могу понять Зиновьева, который был ведь большевиком и нюхал кое-что от большевизма. Как можно утверждать, что неравномерности развития раньше было больше, чем теперь, в условиях монополистического капитализма, не рискуя попасть в болото ультраимпериализма и каутскианства? Как можно утверждать, что идея победы социализма в одной стране не связана с законом неравномерности развития? Разве не известно, что Ленин выводил эту идею именно из закона неравномерности развития? О чём говорят, например, следующие слова Ленина: 
"Неравномерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране" (см. т. XVIII, стр. 232). 
Из чего исходит закон неравномерности развития? Он исходит из того, что: 
1) капитализм старый, домонополистический, перерос и развился в капитализм монополистический, в империализм; 
2) раздел мира на сферы влияния империалистических групп и держав уже закончен; 
3) развитие мирового хозяйства протекает в обстановке отчаянной смертельной борьбы империалистических групп за рынки, за сырьё, за расширение старых сфер влияния; 
4) это развитие происходит не равномерно, а скачкообразно, в порядке вытеснения с рынков забежавших вперёд держав и выдвижения вперёд новых; 
5) такой порядок развития определяется возможностью для одних империалистических групп быстрейшим образом развивать технику, удешевлять товары, захватывать рынки в ущерб другим империалистическим группам; 
6) периодические переделы уже поделённого мира становятся, таким образом, абсолютной необходимостью; 
7) переделы эти могут происходить, таким образом, лишь насильственным путем, в порядке проверки могущества тех или иных империалистических групп силой; 
8) это обстоятельство не может не вести к усиленным конфликтам и к грандиозным войнам между империалистическими группами; 
9) такое положение неизбежно ведёт ко взаимному ослаблению империалистов и создаёт возможность прорыва империалистического фронта в отдельных странах; 
10) возможность прорыва империалистического фронта в отдельных странах не может не создавать благоприятных условий для победы социализма в одной стране. 
Чем определяется обострение неравномерности и решающее значение неравномерного развития в условиях империализма? 
Двумя главными обстоятельствами: 
во-первых, тем, что раздел мира между империалистическими группами закончен, "свободных" земель нет больше в природе и передел поделённого путём империалистических войн является абсолютной необходимостью для достижения экономического "равновесия"; 
во-вторых, тем, что небывалое раньше колоссальное развитие техники, в широком смысле этого слова, облегчает одним империалистическим группам перегонять и опережать другие империалистические группы в борьбе за завоевание рынков, в борьбе за захват источников сырья и т. д. 
Но эти обстоятельства развились и дошли до высшей точки лишь в период развитого империализма. Да иначе оно и не могло быть, ибо только в период империализма мог закончиться передел мира, а колоссальные технические возможности появились лишь в период развитого империализма. 
Этим и нужно объяснить тот факт, что если раньше Англия могла стоять впереди всех государств в промышленном отношении, оставляя их позади в продолжение более чем сотни лет, то потом, в период монополистического капитализма, Германии понадобились каких-нибудь два десятка лет для того, чтобы начать опережать Англию, а Америке понадобилось и того меньше для того, чтобы перегнать европейские государства. 
Как можно после этого утверждать, что неравномерности развития раньше было больше, чем теперь, что идея возможности победы социализма в одной стране не связана с законом неравномерного развития капитализма в период империализма? 
Разве не ясно, что только обыватели в теории могут смешивать экономическое неравенство промышленных стран в прошлом с законом неравномерности экономического и политического развития, получившим особую силу и остроту лишь в период развитого монополистического капитализма? 
Разве не ясно, что только полное невежество в области ленинизма могло продиктовать Зиновьеву и его друзьям более чем странные возражения против известных положений Ленина, связанных с законом о неравномерности экономического и политического развития капиталистических стран? 
II 
КАМЕНЕВ ПРОЧИЩАЕТ ДОРОГУ ДЛЯ ТРОЦКОГО 
В чём состоит основной смысл выступления Каменева на этой конференции? Если отвлечься от некоторых мелочей и обычной дипломатии Каменева, то смысл его выступления состоит в том, чтобы облегчить Троцкому защиту своей позиции, облегчить ему борьбу с ленинизмом в основном вопросе о возможности победы социализма в одной стране. 
Для этой цели Каменев взял на себя "труд" доказать, что основная статья Ленина (1915 г.), трактующая о возможности победы социализма в одной стране, не касается будто бы России, что Ленин, говоря о такой возможности, имел в виду не Россию, а другие капиталистические страны. Каменев взял на себя этот сомнительный "труд" для того, чтобы прочистить, таким образом, путь Троцкому, "схему" которого убивает, и не может не убивать, статья Ленина, написанная в 1915 году. 
Грубо говоря, Каменев взял на себя роль, так сказать, дворника у Троцкого (смех), прочищающего ему дорогу. Конечно, печально видеть директора Института Ленина в роли дворника у Троцкого не потому, что труд дворника представляет что-либо плохое, а потому, что Каменев, человек, несомненно, квалифицированный, я думаю, мог бы заняться другим, более квалифицированным трудом. (Смех.) Но он взял на себя эту роль добровольно, на что он имел, конечно, полное право, и с этим ничего не поделаешь. 
Посмотрим теперь, выполнил ли Каменев эту более чем странную роль. 
Каменев заявил в своей речи, что основное положение Ленина в его статье от 1915 года, положение, которое определило всю линию нашей революции и нашего строительства, что это положение, говорящее о возможности победы социализма в одной стране, не касается и не может касаться России, что Ленин, говоря о возможности победы социализма в одной стране, имел в виду не Россию, а только другие капиталистические страны. Это невероятно и чудовищно, это очень походит на прямую клевету на тов. Ленина, но Каменеву, видимо, нет дела до того, что может подумать партия в связи с этой фальсификацией Ленина. Он заботится лишь об одном: прочистить, дорогу Троцкому любой ценой. 
Как же он пытается обосновать это странное утверждение? 
Он говорит, что, спустя две недели после упомянутой статьи тов. Ленина, Ленин дал известные тезисы о характере предстоящей революции в России, где он сказал, что задача марксистов исчерпывается тем, чтобы добиться победы буржуазно-демократической революции в России, что, сказав это, Ленин будто бы исходил из того, что революция в России должна застрять на её буржуазной фазе, не перерастая в революцию социалистическую. Ну, а так как статья Ленина о возможности победы социализма в одной стране трактует не о буржуазной революции, а о революции социалистической, то ясно, что Ленин не мог иметь в виду России в этой статье. 
Таким образом, по Каменеву выходит, что Ленин понимал размах русской революции, как левый буржуазный революционер или как реформист типа социал-демократов, по мнению которых революция буржуазная не должна перерасти в революцию социалистическую, по мнению которых между революцией буржуазной и революцией социалистической должен существовать длительный исторический интервал, длительный перерыв, промежуток, по крайней мере, в несколько десятков лет, в продолжение которого капитализм будет процветать, а пролетариат будет прозябать. 
Выходит, что Ленин в 1915 году, когда он писал свою статью, не думал, не хотел и не добивался того, чтобы от победы буржуазной революции перейти немедленно к революции социалистической. 
Вы скажете, что это невероятно и чудовищно. Да, это утверждение Каменева, действительно, невероятно и чудовищно. Но Каменева этим не смутишь. 
Позвольте привести некоторые документы, говорящие о том, что Каменев грубо фальсифицирует тов. Ленина в этом вопросе. 
Вот что писал о характере русской революции тов. Ленин еще в 1905 году, когда размах русской революции не был и не мог быть таким мощным, каким он стал впоследствии, в результате империалистической войны, к февралю 1917 года: 
"От революции демократической мы сейчас же начнем переходить и как раз в меру вашей силы, силы сознательного и организованного пролетариата, начнем переходить к социалистической революции" (см. т. VIII, стр. 186). 
Эта цитата взята из статьи Ленина, вышедшей в свет в сентябре 1905 года. 
Знает ли о существовании этой статьи Каменев? Я думаю, что директор Института Ленина должен знать о её существовании. 
Выходит, таким образом, что победу буржуазно-демократической революции Ленин мыслил не как окончание борьбы пролетариата и революции вообще, а как первый этап и переходную ступень к революции социалистической. 
Но, может быть, Левин впоследствии изменил свой взгляд на характер и размах русской революции? Возьмём другой документ. Я имею в виду статью Ленина, вышедшую в свет в 1915 году, в ноябре месяце, спустя три месяца после выхода в свет основной статьи тов. Ленина о возможности победы социализма в одной стране. Вот что он говорит там: 
"Пролетариат борется и будет беззаветно бороться за завоевание власти, за республику, за конфискацию земель, то есть за привлечение крестьянства, за исчерпание его революционных сия, за участие "непролетарских народных масс" в освобождении буржуазной России от военно-феодального "империализма" (=царизма). И этим освобождением буржуазной России от царизма, от земельной власти помещиков пролетариат воспользуется немедленно не для помощи зажиточным крестьянам в их борьбе с сельским рабочим, а для совершения социалистической революции в союзе с пролетариями Европы" (см. т. XVIII, стр. 318). 
Вы видите, что как здесь, так и в предыдущей цитате, как в 1905 году, так и в 1915 году Ленин одинаково исходил из того, что революция буржуазная должна перерасти в России в революцию социалистическую, что победа буржуазно-демократической революции в России является первым этапом русской революции, необходимым для того, чтобы перейти немедленно ко второму её этапу, к революции социалистической. 
Ну, а как быть с тезисами Ленина в 1915 году, на которые ссылался в своей речи Каменев и в которых говорится о задачах буржуазно-демократической революции в России? Не противоречат ли эти тезисы идее перерастания буржуазной революции в революцию социалистическую? Конечно, не противоречат. Наоборот, основой этих тезисов является именно идея перерастания буржуазной революции в революцию социалистическую, идея перерастания первого этапа русской революции во второй этап. Во-первых, Ленин вовсе не говорит в этих тезисах, что размах русской революции и задачи марксистов в России исчерпываются задачами свержения царя и помещиков, задачами буржуазно-демократической революции. Во-вторых, Ленин ограничивается в этих тезисах характеристикой задач буржуазно-демократической революции потому, что он считает эту революцию первым этапом и ближайшей задачей русских марксистов. В-третьих, Ленин исходит из того, что осуществление своих задач русские марксисты должны начать не со второго этапа (как это предлагал Троцкий по схеме "без царя, но правительство рабочее"), а с первого этапа, с этапа буржуазно-демократической революции. 
Есть ли тут какое-либо противоречие, хотя бы тень противоречия с идеей перерастания буржуазной революции в революцию социалистическую? Ясно, что нет. 
Выходит, что Каменев явным образом сфальсифицировал позицию Ленина. 
Но мы имеем свидетелей против Каменева не только в лице документов, исходящих от Ленина. Мы имеем еще свидетелей в лице живых людей, вроде, например, Троцкого, вроде XIV конференции нашей партии и, наконец, как это ни странно, в лице самих Каменева и Зиновьева. 
Известно, что статья Ленина о возможности победы социализма в одной стране была выпущена в свет в 1915 году. Известно, что Троцкий, полемизировавший тогда с тов. Лениным по вопросу о победе социализма в одной стране, тотчас же, т. е. в том же 1915 году, ответил на эту статью специальной критической статьей. Что же сказал тогда Троцкий, в 1915 году, в своей критической статье? Как он расценил статью тов. Ленина? Понял ли он ее так, что, говоря о победе социализма в одной стране, Ленин не имел в виду России, или как-либо иначе, скажем, так, как мы ее понимаем теперь все? Вот цитата из этой статьи Троцкого: 
"Единственное сколько-нибудь конкретное историческое соображение против лозунга Соединенных Штатов было формулировано в швейцарском "Социал-Демократе" (тогдашний центральный орган большевиков, где и была напечатана вышеупомянутая статья Ленина. И. Ст.) в следующей фразе: "Неравномерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма". Отсюда "Социал-Демократ" делал тот вывод, что возможна победа социализма в одной стране и что незачем поэтому диктатуру пролетариата в каждом отдельном государстве обусловливать созданием Соединённых Штатов Европы... Что ни одна страна не должна "дожидаться" других в своей борьбе-это элементарная мысль, которую полезно и необходимо повторять, дабы идея параллельного интернационального действия не подменялась идеей выжидательного интернационального бездействия. Не дожидаясь других, мы начинаем и продолжаем борьбу на национальной почве в полной уверенности, что наша инициатива даст толчок борьбе в других странах; а если бы этого не произошло, то безнадёжно думать - так свидетельствуют и опыт истории и теоретические соображения, - что, например, революционная Россия могла бы устоять перед лицом консервативной Европы , или социалистическая Германия могла бы остаться изолированной в капиталистическом мире" (см. соч. Троцкого, т. III, ч. 1, стр. 89-90). 
Выходит, что Троцкий понял тогда статью Ленина не так, как её старается теперь "понять" Каменев, а так, как её понимал Ленин, как понимает её партия и как понимаем её мы все, иначе Троцкий не подкрепил бы себя в своей полемике с Лениным аргументом от России. 
Выходит, что Троцкий свидетельствует тут, в этой цитате, против своего нынешнего союзника, против Каменева. 
Почему же он не выступил, в таком случае, на этой конференции против Каменева? Почему Троцкий не заявил здесь открыто и честно, что Каменев явным образом искажает Ленина? Думает ли Троцкий, что его умолчание в данном случае можно квалифицировать как образец честной полемики? Да потому не выступил здесь Троцкий против Каменева, что он не хотел, видимо, впутаться в сомнительное "дело" прямого оклеветания Ленина, - он эту чёрную работу предоставил Каменеву. 
А как смотрит на это дело партия, в лице её, напр., XIV конференции? Вот что говорится на этот счёт в резолюции XIV конференции, трактующей о возможности победы социализма в одной стране: 
"Из "неравномерности экономического и политического развития, каковая неравномерность есть безусловный закон капитализма", тов. Ленин справедливо выводил две вещи: а) возможность "победы социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране" и б) возможность, что эти немногие, или даже одна страна, не обязательно будут странами самого развитого капитализма (см., в особенности, заметки о Суханове). Опыт русской революции доказал, что такая первая победа в одной стране не только возможна, но что при ряде благоприятных обстоятельств эта первая страна победоносной пролетарской революции может (при известной поддержке международного пролетариата) продержаться и упрочиться на долгий период, даже в том случае, когда эта поддержка не выливается в форме прямых пролетарских революций в других странах". (Из резолюции XIV партконференции "О задачах Коминтерна и РКП(б) в связи с расширенным пленумом ИККИ".) 
Выходит, что партия в целом, в лице её XIV конференции, свидетельствует против Каменева, против его утверждения о том, что Ленин в своей статье о победе социализма в одной стране не имел будто бы в виду России. Иначе конференция не сказала бы, что "опыт русской революции доказал" правильность известной статьи Ленина о победе социализма в одной стране. 
Выходит, что XIV конференция поняла статью тов. Ленина так же, как понимал её Ленин, как понимал её Троцкий и как понимаем её все мы. 
А как отнеслись Каменев и Зиновьев к этой резолюции XIV конференции? Разве это не факт, что проект резолюции был выработан и принят единогласно комиссией, в состав которой входили Зиновьев и Каменев? Разве это не факт, что Каменев был председателем XIV конференции, принявшей единогласно упомянутую выше резолюцию, а Зиновьев - докладчиком по этой резолюции? Как могло случиться, что Каменев и Зиновьев голосовали за эту резолюцию, за все её пункты? Не ясно ли, что Каменев понимал тогда статью Ленина, цитата из которой прямо внесена в резолюцию XIV конференции, иначе, чем он старается теперь её "понять"? Какому Каменеву верить: тому ли, который, будучи председателем XIV конференции, голосовал за резолюцию XIV конференции, или тому, который выступает теперь, на XV конференции, в роли дворника при Троцком? 
Выходит, что Каменев периода XIV конференции свидетельствует против Каменева периода XV конференции. 
А почему молчит Зиновьев и не пытается поправить Каменева, явным образом фальсифицирующего и ленинскую статью 1915 года и резолюцию XIV конференции? Разве это не факт, что Зиновьев, а не кто-либо другой, защищал на XIV конференции резолюцию о победе социализма в одной стране? 
Выходит, что не всё тут обстоит чисто у Зиновьева. (Голоса: "Совсем нечисто".) Где же тут честная полемика? 
Выходит, что Каменеву и Зиновьеву теперь не до честной полемики. 
А вывод? Вывод такой, что Каменев не сумел выполнить роли дворника при Троцком. Он не оправдал надежд Троцкого. 
III 
НЕВЕРОЯТНАЯ ПУТАНИЦА, 
ИЛИ ЗИНОВЬЕВ О РЕВОЛЮЦИОННОСТИ 
И ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗМЕ 
Перехожу к Зиновьеву. Если Каменев во всём своём выступлении старался прочистить дорогу Троцкому, то Зиновьев взял на себя задачу доказать, что лидеры оппозиции являются единственными революционерами и единственными интернационалистами во всём мире. 
Разберём его "доводы". 
Он берёт слова Бухарина о том, что при рассмотрении вопросов внутреннего порядка (строительство социализма) следует методологически отвлечься от вопросов внешнего порядка, он сличает, далее, это положение Бухарина с тезисами об оппозиционном блоке, где говорится о возможности победы социализма в нашей стране, и приходит к выводу, что Бухарин и ЦК, утвердивший в основном тезисы, забывают будто бы тем самым о международных задачах нашей революции, об интересах международной революции. 
Правильно ли всё это? Всё это пустяки, товарищи. Секрет тут состоит в том, что Зиновьев слаб в вопросах методологии, путается в трёх соснах и выдаёт свою собственную путаницу за действительность. Бухарин говорит, что нельзя смешивать вопросы строительства социализма с вопросами создания гарантии от интервенций в нашу страну, вопросы внутренние с вопросами внешними. Бухарин вовсе не говорит, что вопросы внутренние не связаны с вопросами внешними, с вопросами международными. Он говорит лишь то, что нельзя вопросы первого порядка путать с вопросами второго порядка. Это - основное и элементарное требование методологии. Кто же тут виноват, если Зиновьев не понимает элементарных вопросов методологии?