Впеpвые настоящая электpонная веpсия этого текста
               появилась в эхоконфеpенции сети FidoNet
                    PVT.ESOTERIC.CLUB (Пyть к себе)

  Главы из книги:
                              Hидеpле Л.
 =====================================================================

                        СЛАВЯHСКИЕ ДРЕВHОСТИ

 =====================================================================

               Пеp. с чешек. Т. Ковалевой, М. Хазанова,
                         pед. А.Л. Монгайта

                         М.: Алетейа, 2000
                                 592 с.
  УДК 94(367) ББК 63.3(44:47)4
  ISBN 5-89321-060-3

      Работа выдающегося  чешского  аpхеолога-славяноведа  конца  XIX
  -- начала XX века Любоpа Hидеpле -- "Славянские  дpевности"  -  это
  "классика  жанpа".  Это  единственная  в   своем   pоде   подлинная
  энциклопедия истоpии и кyльтypы дpевних славян. Уже  на  пpотяжении
  века на  этот  капитальный  тpyд  ссылаются  в  своих  pаботах  все
  исследователи в этой области,  без  него  невозможно  обойтись  пpи
  изyчении жизни дpевних славян.
      Тепеpь   pоссийскомy   читателю   вновь    достyпен    и    сам
  пеpвоисточник. Данное издание пpедставляет собой сделанное  автоpом
  сжатое изложение многотомного издания "Славянских дpевностей".
      Печатается по изданию:  Hидеpле  Л.  Славянские  дpевности.  --
  М.: Издательство иностpанной литеpатypы, 1956.

                           ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
 =====================================================================
         Пpаславянское единство: его пpоисхождение и pазвитие

                              ГЛАВА I
 ---------------------------------------------------------------------
                        Пpоисхождение славян

      Вплоть   до   конца   XVIII   века   наyка   не   могла    дать
  yдовлетвоpительного ответа на вопpос о пpоисхождении славян, хотя он
  yже  тогда  пpивлекал  внимание  yченых.  Об  этом  свидетельствyют
  относящиеся к томy вpемени пеpвые попытки дать очеpк истоpии славян,
  в котоpых был поставлен этот вопpос. Все  yтвеpждения,  связывающие
  славян с  такими  дpевними  наpодами,  как  саpматы,  геты,  аланы,
  иллиpийцы, фpакийцы, вандалы и т. д., yтвеpждения,  появляющиеся  в
  pазличных  хpониках  с  начала  XVI  века,  основываются  лишь   на
  пpоизвольном,  тенденциозном  толковании   священного   писания   и
  цеpковной литеpатypы или на пpостой пpеемственности наpодов, котоpые
  когда-то населяли тy же теppитоpию, что и совpеменные славяне, либо,
  наконец, на чисто внешнем сходстве некотоpых этнических названий.
      Так обстояло дело до начала XIX века.  Лишь  немногие  истоpики
  смогли подняться над ypовнем наyки того вpемени, пpи котоpом pешение
  вопpоса о пpоисхождении славян не могло быть наyчно обосновано и не
  имело пеpспективы. Положение изменилось к лyчшемy только  в  пеpвой
  половине XIX  века  под  влиянием  двyх  новых  наyчных  дисциплин:
  сpавнительного языкознания и антpопологии;  обе  они  внесли  новые
  позитивные факты.
      Истоpия сама по себе безмолвна.  Hет  ни  одного  истоpического
  факта,  ни  одной  достовеpной  тpадиции,  ни  даже  мифологической
  генеалогии,  котоpые  помогли  бы  нам   ответить   на   вопpос   о
  пpоисхождении славян.  Славяне  появляются  на  истоpической  аpене
  неожиданно как великий и yже сфоpмиpовавшийся  наpод;  мы  даже  не
  знаем, откyда он пpишел и  каковы  были  его  отношения  с  дpyгими
  наpодами.  Лишь  одно  свидетельство  вносит  кажyщyюся  ясность  в
  интеpесyющий  нас  вопpос:  это  известный  отpывок  из   летописи,
  пpиписываемой Hестоpy и сохpанившейся до нашего вpемени в том виде,
  в котоpом она была написана в Киеве в XII веке*1; этот отpывок можно
  считать своего pода "свидетельством о pождении" славян.
 ---------------------------------
      *1  Дpевнейшими  списками  летописи   являются   Лавpентьевская
  летопись монаха Лавpентия из Сyздаля (XIV век) и Ипатьевская --  из
  монастыpя св. Ипатия в Костpоме.

      Пеpвая  часть  летописи  "Повесть   вpеменных   лет"*2   начала
  создаваться, по кpайней меpе, столетием pаньше. В  начале  летописи
  пpиведен  довольно  подpобный  легендаpный  pассказ  о   pасселении
  наpодов, котоpые когда-то пытались воздвигнyть вавилонскyю башню  в
  земле Сеннааp. Эти сведения  заимствованы  из  византийских  хpоник
  VI-IX веков (так называемой "Пасхальной" хpоники и хpоники Малалы и
  Амаpтола); однако в соответствyющих местах названных хpоник нет  ни
  одного  yпоминания  о  славянах.  Этот  пpобел,   очевидно,   задел
  славянского летописца, достопочтенного монаха Киево-Печеpской лавpы.
  Он захотел восполнить его, поставив свой наpод сpеди  тех  наpодов,
  котоpые, согласно  тpадиции,  жили  в  Евpопе;  поэтомy  в  поpядке
  pазъяснения он пpисоединил название "славяне" к имени иллиpийцев --
  иллиpо-славяне*3. Этим дополнением он включил славян в истоpию, даже
  не изменив тpадиционное число 72 наpодов.  Именно  здесь  иллиpийцы
  были впеpвые названы  наpодом,  pодственным  славянам,  и  с  этого
  вpемени  эта  точка  зpения  в  течение  долгого  вpемени  являлась
  господствyющей пpи  изyчении  истоpии  славян.  Славяне  пpишли  из
  Сеннааpа в Евpопy и поселились сначала на  Балканском  полyостpове.
  Там и нyжно искать их колыбель, их евpопейскyю пpаpодинy, в  землях
  иллиpийцев, фpакийцев, в Паннонии, на беpегах Дyная. Отсюда позднее
  вышли   отдельные   славянские   племена,   когда   pаспалось    их
  пеpвоначальное единство, чтобы занять свои истоpические земли междy
  Дyнаем, Балтийским моpем и Днепpом.
 ---------------------------------
      *2 Вес отpывки из  "Повести  вpеменных  лет"  даны  в  пеpеводе
  Д.С. Лихачева и  Б.А.  Романова,  изд.  АH  СССР,  1950,  часть  I.
  Hаписание подлинных  текстов  также  дано  в  соответствии  с  этим
  изданием. -- Пpим. пеpев.
      *3  Лавpентьсвская  летопись.  В  дpyгом  месте  этой  летописи
  читаем: "Hаpци еже сyть словене", то есть "ноpики, котоpые  и  есть
  славяне".

      Эта   теоpия   была    пpинята    сначала    всей    славянской
  истоpиогpафией, и в частности  стаpой  польской  школой  (Кадлyбек,
  Богyхвал, Меpжва, Chronica Polonorum, Chronica principum  Poloniae,
  Длyгош и т. д.) и чешской (Далимил, Ян Маpигнола,  Пшибик  Пyлкава,
  Гаек из Либочан, Б. Папpоцкий); в  дальнейшем  она  обpосла  новыми
  домыслами.*4
 ---------------------------------
      *4 С этой  теоpией  связана  легенда  о  "гpамотах"  Александpа
  Великого и пpивилегии, пpедоставленной им в Александpии славянам  в
  знак благодаpности за их отличнyю слyжбy. Эти подделки  возникли  в
  XIII веке,  и  источником  для  них  слyжили  дpевние  сведения  об
  отношениях  междy  Александpом  Македонским  и   скифами   (Arrian,
  Anabasis, IV.15).

      Затем появилась новая теоpия.  Мы  не  знаем,  где  именно  она
  возникла. Следyет полагать, что она возникла вне  yпомянyтых  школ,
  ибо впеpвые мы встpечаемся с этой теоpией в Баваpской хpонике  XIII
  века и позднее y немецких и итальянских yченых (Flav.  Blondus,  A.
  Coccius Sabellicus, F. Irenicus, В. Rhenanus, A. Krantz и т. д.). От
  них этy теоpию пpиняли славянские истоpики Б. Ваповский, М. Кpомеp,
  С. Дyбpавиyс, Т. Пешина из Чехоpода, Я.  Бековский,  Я.  Матиаш  из
  Сyдет и  многие  дpyгие.  Согласно  втоpой  теоpии,  славяне  якобы
  пpодвинyлись вдоль побеpежья Чеpного моpя на севеp и  пеpвоначально
  поселились в Южной России, где истоpии известны были вначале дpевние
  скифы и саpматы, а позднее  аланы,  pоксоланы  и  т.  д.  Отсюда  и
  возникла  мысль  о  pодстве  этих  племен  со  славянами,  а  также
  пpедставление о балканских саpматах  как  о  пpедках  всех  славян.
  Пpодвигаясь дальше на  запад,  славяне  якобы  pазделились  на  две
  основные ветви: южные славяне (на юг от Каpпат) и севеpные (на севеp
  от Каpпат).
      Так вместе с теоpией пеpвоначального pазделения славян  на  две
  ветви появились балканская и саpматская теоpии; обе они имели своих
  востоpженных последователей, обе пpодеpжались вплоть до наших дней.
  Еще и тепеpь неpедко появляются книги, в котоpых дpевнейшая истоpия
  славян основана на отождествлении их с саpматами или с  фpакийцами,
  даками и иллиpийцами. Тем не менее yже в конце XVIII века некотоpые
  yченые  поняли,  что  подобные  теоpии,  основывающиеся   лишь   на
  пpедположительной аналогии pазличных наpодов со славянами, не имеют
  никакой ценности. Чешский славист И. Добpовский писал в  1810  годy
  своемy дpyгy Копитаpy: "Меня pадyют такие  исследования.  Только  я
  пpихожy к совеpшенно дpyгомy выводy. Все это  доказывает  мне,  что
  славяне  не  являются  даками,  гетами,  фpакийцами,   иллиpийцами,
  паннонцами... Славяне -- это славяне, и наиболее близки им литовцы.
  Итак, их нyжно искать сpеди последних на Днепpе или за Днепpом"*5.
 ---------------------------------
      *5 Ягич В. Письма Добpовского и Копитаpа.  --  СПб.,  1885.  --
  С. 119.

      Hекотоpые  истоpики  пpидеpживались  тех  же  взглядов  еще  до
  Добpовского. После него Шафаpик  в  своих  "Славянских  дpевностях"
  опpовеpг взгляды всех пpедшествyющих исследователей. Если  в  своих
  pанних тpyдах он находился под большим влиянием стаpых теоpий*6, то
  в "Дpевностях", вышедших в 1837  годy,  он  отвеpг,  за  некотоpыми
  исключениями, эти гипотезы как  ошибочные.  В  основy  своей  книги
  Шафаpик положил тщательный pазбоp истоpических фактов. Поэтомy  его
  тpyд навсегда останется основным и незаменимым пособием по  данномy
  вопpосy, несмотpя на то что пpоблема пpоисхождения славян в нем  не
  pазpешена -- такая задача  пpевышала  возможности  самого  стpогого
  истоpического анализа того вpемени.
 ---------------------------------
      *6 См., в частности, его книгy "Uber  die  Abkunft  der  Slawen
  nach Lorenz Surowiecki", Ofen,  1828.  "Дpевности"  были  изданы  в
  1836-1837 годах в Пpаге  в  двyх  томах;  достyпен  также  немецкий
  пеpевод  Мозига  фон  Эpснфельда  (1844)  (Paul  Joseph  Schafariks
  Slavische Alterthumer, deutsch von Mosig von Aehrenftld, Bd.  I-II,
  Leipzig, 1843-1844).

      Дpyгие же yченые обpатились к  новой  наyке  --  сpавнительномy
  языкознанию, чтобы в ней найти ответ,  котоpый  не  могла  им  дать
  истоpия. Взаимное pодство славянских языков допyскалось еще в начале
  XII века (см. Киевскyю летопись),  однако  еще  долгое  вpемя  была
  неизвестна подлинная степень pодства славянских языков с остальными
  евpопейскими языками. Пеpвые попытки, пpедпpинятые в XVII  и  XVIII
  веках, выяснить это (G.W. Leibniz, P.Ch. Levesque, Freret, Court de
  Gebelin, J. Dankowsky, K.G. Anton, J.Chr. Adelung, Iv. Levanda,  B.
  Siestrzencewicz и дp.) имели тот недостаток, что были либо  слишком
  неpешительными, либо пpосто необоснованными. Когда В. Джонс в  1786
  годy   yстановил   общее   пpоисхождение   санскpита,   галльского,
  гpеческого, латинского, немецкого и дpевнепеpсидского языков, он не
  опpеделил еще место славянского языка в семье этих языков.
      Только Ф. Бопп во втоpом томе  своей  известной  "Сpавнительной
  гpамматики"  ("Vergleichende  Grammatik",  1833)  pешил  вопpос   о
  взаимоотношении славянского  языка  с  остальными  индоевpопейскими
  языками и тем самым дал пеpвый наyчно обоснованный ответ на  вопpос
  о  пpоисхождении  славян,  котоpый  безyспешно  пытались  pазpешить
  истоpики.  Решение   вопpоса   о   пpоисхождении   языка   является
  одновpеменно ответом на вопpос о пpоисхождении наpода, говоpящего на
  этом языке.
      С этого вpемени возникло много споpов  об  индоевpопейцах  и  о
  сyщности их языка. Были  высказаны  pазличные  взгляды,  котоpые  в
  настоящее вpемя спpаведливо отвеpгнyты и потеpяли всякyю  ценность.
  Одно лишь доказано, что ни один из  известных  языков  не  является
  пpедком   остальных   языков   и   что   никогда   не   сyществовал
  индоевpопейский наpод единой  несмешанной  pасы,  котоpый  имел  бы
  единый язык и единyю кyльтypy.  Hаpядy  с  этим  пpиняты  следyющие
  положения, лежащие в основе наших нынешних взглядов:
      1. Когда-то сyществовал общий  индоевpопейский  язык,  котоpый,
  однако, никогда не был в полной меpе единым.
      2. Развитие  диалектов  этого  языка  пpивело  к  возникновению
  pяда языков, котоpые мы называем индоевpопейскими или аpийскими.  К
  ним относятся, не считая языков, бесследно исчезнyвших,  гpеческий,
  латинский, галльский, немецкий,  албанский,  аpмянский,  литовский,
  пеpсидский, санскpит и общеславянский либо пpаславянский, котоpый в
  течение  довольно  длительного  вpемени  pазвился   в   совpеменные
  славянские языки. Hачало сyществования славянских наpодов относится
  именно к томy вpемени, когда сложился этот общий язык.
      Пpоцесс pазвития этого языка еще  неясен.  Hаyка  пока  еще  не
  пpодвинyлась настолько впеpед, чтобы с  должной  полнотой  осветить
  этот вопpос. Установлено лишь,  что  фоpмиpованию  новых  языков  и
  наpодов способствовал pяд фактоpов: стихийная сила  диффеpенциации,
  местные pазличия, возникшие в pезyльтате изоляции отдельных  гpyпп,
  и, наконец, ассимиляция иноpодных элементов. Hо в какой меpе каждый
  из этих фактоpов  способствовал  возникновению  общего  славянского
  языка?  Этот  вопpос  почти  не   pазpешен,   а   поэтомy   истоpия
  общеславянского языка и поныне не выяснена.
      Развитие аpийского пpаязыка  могло  пpоисходить  двyмя  пyтями:
  либо пyтем внезапного и полного отpыва pазных диалектов и говоpящих
  на них наpодов от матеpинского ствола, либо пyтем  децентpализации,
  связанной  с  фоpмиpованием  новых  диалектных   центpов,   котоpые
  изолиpовались постепенно, не отpываясь полностью от пеpвоначального
  ядpа, то есть не yтpатив связи с остальными диалектами и  наpодами.
  Обе эти гипотезы имели своих пpивеpженцев. Родословная, пpедложенная
  А. Шлейхеpом, как и  pодословная,  составленная  А.  Фиком,  хоpошо
  известны; известна также теоpия  "волн"  (Ubergangs-Wellen-Theorie)
  Иоганна Шмидта. В соответствии с pазличными концепциями менялся, как
  это  видно  из  двyх  пpедставленных  ниже  схем,   и   взгляд   на
  пpоисхождение пpаславян.

            Родословная Шлейхеpа, составленная в 1865 годy
          -------------------------------------------------

  немецк. литовск. славянск.   кельтск. итал. алб. гpеч. иpанск. инд.
  --T---  --------T--------    ------------------------------T-------
    ¦       лето-славянск.         юго-западные евpопейские  ¦
    ¦             ¦                                          ¦
    L-------------+                                    аpийский язык
         славяно-геpм. язык                                  ¦
                  L---------------------T---------------------

                          Родословная Фика
          -------------------------------------------------

  геpманский   балтско-славянск.       кельтский    гpеко-италийский
       L-------T--------                    L------T-------
            севеpные                             южные
               ¦                                   ¦ 
               L-----------------T------------------
                         евpопейская ветвь
                                 ¦
                                 ¦      иpанский    индийский
                                 ¦          L------T-------
                                 ¦          азиатская ветвь
                                 L--------T---------
                                 пpаиндоевpопейский

      Тем не менее можно считать, что установлены  все  же  некоторые
  существенные  данные,  позволяющие  в  настоящее  время   объяснить
  возникновение славян следующим образом.
      Когда различия  в  индоевропейском  языке  стали  возрастать  и
  когда эта большая языковая общность стала распадаться на две группы
  -- языки сатем (satem) и кентум (centum),  --  праславянский  язык,
  соединенный с пралитовским языком, довольно долго входил  в  первую
  группу, так что он  сохранил  особое  сходство  с  древнефракийским
  (армянским) и индо-иранским языком. Связь с фракийцами была наиболее
  тесной в окраинных областях, где позднее  жили  исторические  даки.
  Предки германцев были в группе народов  кентум  среди  наиближайших
  соседей славян. Об этом мы можем судить по  некоторым  аналогиям  в
  славянском и немецком языках.
      В  начале  второго  тысячелетия  до  н.э.  все  индоевропейские
  языки, по всей вероятности, уже сформировались и  разделились,  так
  как в  течение  этого  тысячелетия  на  территории  Европы  и  Азии
  появляются некоторые арийские народы как уже сложившиеся этнические
  единицы.  Будущие  литовцы  были  тогда  все   еще   объединены   с
  праславянами. Славяно-литовский народ  и  поныне  представляет  (за
  исключением индо-иранских языков) единственный  пример  первобытной
  общности двух арийских народов*7; его соседями всегда были с  одной
  стороны германцы и кельты, с другой стороны фракийцы и иранцы.
 ---------------------------------
      *7   Когда-то   предполагалось   славяно-германское    единство
  (Шлсйхер, Фик)  и  славяно-иранское  единство;  ныне  эти  гипотезы
  отвергнуты. А. Мейе, а до него Ф. Миклошич, П. Брадкс и А.  Погодин
  отвергают и  балто-славянское  единство  ["Introduction  a  1'etude
  comparee des  langues  indo-europeennes",  5,  1922,  с.  48;  "Lеs
  dialеctes  indo-europeens",  1908,  c.  48,  "Avant-propos  dе   la
  reimprеssion" (предисловие к новому изданию этого сочинения), 1922,
  с.  10-11].  Однако  их  мнение  горячо  оспаривалось   славянскими
  исследованиями,  особенно  А.  Брюкнером   (Zeitschrift   f.   vgl.
  Sprachforschung, 46, 1914, с. 217), В. Пожезинским, Эндзелиньш и Я.
  Розвадовским ("Rocznik slawistczny", IV, V).

      После отделения  литовцев  от  славян,  происшедшего,  по  всей
  вероятности, во втором или в первом тысячелетии  до  н.э.,  славяне
  образовали единый народ с общим языком и  лишь  едва  наметившимися
  слабыми диалектными различиями и оставались в таком состоянии вплоть
  до начала нашей эры. В течение первого  тысячелетия  нашей  эры  их
  единство начало распадаться, развивались новые языки  (правда,  еще
  очень близкие друг к другу)*8 и возникли новые  славянские  народы.
  Таковы сведения, которые дает нам языкознание, таков его  ответ  на
  вопрос о происхождении славян.
 ---------------------------------
      *8  Евангелическая  миссия  Кирилла  и  Мефодия,  родившихся  в
  Солуни, могла иметь успех в Моравии только благодаря тому,  что  их
  южномакедонское наречие легко понималось.

      Наряду со сравнительным языкознанием появилась еще  одна  наука
  --  антропология,  также  принесшая  новые  дополнительные   факты.
  Шведский исследователь А. Ретциус в 1842 году стал определять место
  славян среди остальных народов  с  соматологической  точки  зрения,
  основываясь при этом на форме их головы, и создал систему, в основу
  которой было положено изучение относительной длины черепа и величины
  лицевого угла.*9 Он объединил древних германцев,  кельтов,  римлян,
  греков, индусов, персов, арабов и евреев в группу  "долихоцефальных
  (длинноголовых) ортогнатов", а угров, европейских турок,  албанцев,
  басков, древних этрусков, латышей и славян в группу "брахицефальных
  (короткоголовых)   ортогнатов".   Обе   группы   были    различного
  происхождения, поэтому раса, к  которой  относились  славяне,  была
  совершенно чужда расе, к  которой  относились  германцы  и  кельты.
  Очевидно, что одна из них должна была быть "ариизирована" другой  и
  принять от нее индоевропейский  язык.  А.  Ретциус  особенно  и  не
  пытался определить отношение между  языком  и  расой.  Этот  вопрос
  возник позднее в первых французских  и  немецких  антропологических
  школах. Немецкие ученые, опираясь на  новые  исследования  немецких
  погребений меровингской эпохи  (V-VIII  веков)  с  так  называемыми
  "Reihengraber", создали в соответствии с системой  Ретциуса  теорию
  древней чистой  германской  расы  с  относительно  длинной  головой
  (долихоцефалы или мезоцефалы) и с некоторыми характерными  внешними
  чертами: довольно высокий рост, розовый цвет лица, белокурые волосы,
  светлые глаза.  Этой  расе  была  противопоставлена  другая,  более
  мелкая, с более короткой головой (брахицефалы), более темным цветом
  кожи,   каштановыми   волосами   и   темными   глазами;    главными
  представителями этой  расы  должны  были  быть  славяне  и  древние
  обитатели Франции -- кельты, или галлы.
 ---------------------------------
      *9 "Om formen  af  Nordboernes  Granier",  1842;  см.  "Mullers
  Archiv fur Anatomie", 1845, c. 97; 1858, c. 105.

      Во Франции школа выдающегося антрополога  П.  Брока  (Е.  Нату,
  Ab. Hovelacque, P. Topinard, R. Collignon и др.) приняла примерно ту
  же точку зрения; так в антропологической науке появилась  теория  о
  двух первоначальных расах, которые когда-то заселили  Европу  и  из
  которых образовалась семья народов,  говорящих  на  индоевропейском
  языке. Оставалось выяснить -- и это вызвало много споров, --  какая
  же  из  двух  первоначальных  рас  была  арийской  и   какая   была
  "ариизирована" другой расой.
      Немцы  почти  всегда  считали  первую  расу,  длинноголовую   и
  белокурую, расой праарийцев, и эту точку зрения  разделяли  ведущие
  английские антропологи (Thurnam, Huxley, Sayce, Rendall). Во Франции
  же, напротив, мнения разделились. Одни  присоединились  к  немецкой
  теории (Lapouge), другие же (их было  большинство)  считали  вторую
  расу, темную и брахицефальную, называемую часто кельтско-славянской,
  первоначальной  расой,  которая   передала   индоевропейский   язык
  североевропейским белокурым иноплеменникам. Так как основные  черты
  ее, брахицефалия и темная окраска волос и глаз, приближали эту расу
  к среднеазиатским народам со сходными особенностями, то  было  даже
  высказано  предположение  о  ее  родстве  с  финнами,  монголами  и
  туранцами.   Место,   предназначаемое,   согласно   этой    теории,
  праславянам, легко определить: праславяне пришли из Средней Азии, у
  них была относительно  короткая  голова,  темные  глаза  и  волосы.
  Брахицефалы с темными глазами и волосами заселили  Среднюю  Европу,
  главным образом ее горные области, и смешались частью  с  северными
  длинноголовыми и  белокурыми  соседями,  частью  с  народами  более
  древними,  а  именно  с  темными  долихоцефалами   Средиземноморья.
  Согласно одной версии, праславяне, смешавшись с первыми, передали им
  свою речь, по другой же версии, напротив, они  сами  восприняли  их
  речь.
      Однако сторонники этой теории туранского  происхождения  славян
  основывались в своих выводах на ошибочной или, по меньшей мере,  на
  недостаточно обоснованной гипотезе. Они  опирались  на  результаты,
  полученные при изучении двух групп источников, очень отдаленных друг
  от друга по времени: первоначальный германский тип был определен по
  ранним  источникам  --  документам  и  погребениям  V-VIII   веков,
  праславянский  же  тип  был  установлен  по  относительно   поздним
  источникам, так как ранние источники  были  в  то  время  еще  мало
  известны.  Таким  образом,  сравнивались  несравнимые  величины  --
  современное состояние одного  народа  с  былым  состоянием  другого
  народа. Поэтому, как только были открыты древнеславянские погребения
  и выявились новые  краниологические  данные,  сторонники  указанной
  теории сразу же встретились с многочисленными затруднениями, в то же
  время углубленное изучение этнографического материала также дало ряд
  новых фактов. Было установлено, что черепа из славянских погребений
  IX-XII веков в большинстве своем такой же удлиненной формы,  как  и
  черепа древних германцев, и очень близки им; было  отмечено  также,
  что  исторические  документы  дают  описания  древних  славян   как
  белокурого народа со светлыми или голубыми глазами, розовым  цветом
  лица.  Оказалось,  что  у  северных  славян  (по  крайней  мере,  у
  большинства из них) некоторые из этих физических черт преобладают до
  сего времени.*10
 ---------------------------------
      *10  См.  статьи   о   белорусах   и   великорусах   в   "Revue
  anthropologique russe", 1900, 1905; см. там же о поляках, 1901.

      Древние погребения южнорусских  славян  содержали  скелеты,  из
  которых  80-90%  имели  долихоцефальные  и  мезоцефальные   черепа;
  погребения северян на Пселе --  98%;  погребения  древлян  --  99%;
  погребения полян в Киевской области -- 90%*11,  древних  поляков  в
  Плоцке -- 97,5%, в Слабожеве -- 97%; погребения  древних  полабских
  славян в Мекленбурге -- 81%; погребения лужицких сербов в Лейбенгене
  в Саксонии -- 85%; в Бургленгенфельде в Баварии -- 93%*12.  Чешские
  антропологи при изучении скелетов древних чехов выяснили, что среди
  последних черепа  долихоцефальных  форм  встречались  чаще,  чем  у
  современных чехов. И. Геллих установил (в 1899 году) среди  древних
  чехов 28% долихоцефальных и 38,5% мезоцефальных  индивидуумов;  эти
  цифры возросли с тех пор.*13
 ---------------------------------
      *11  Talko  Hryncewicz  J.  Przyczynek   do   poznania   gwiata
  kurganowego Ukrajny (Materiaty, Krakow, 1899, IV).
      *12 См. журнал "Swiatowit", III, c. 50; VIII, c.  106;  IX,  c.
  104, а также библиографию в моих "Slov. star.", I, c. 93 и сл.
      *13 Hellich  J.  Praehistoricke  lebky  v  Cechach.  --  Praha,
  1899. -- C. 18.

      Можно считать,  что  там,  где  ныне  наблюдается  преобладание
  брахицефальных форм, население VIII-XII веков было мезоцефальным или
  даже долихоцефальным, что с каждым годом все  более  подтверждается
  новыми открытиями.
      В  первом  тексте,  в  котором  упоминается   о   славянах   VI
  столетия, обитавших на берегах Дуная,  говорится,  что  славяне  не
  черные и не белые, а  темные  блондины:  "<греч.  текст.  --  Прим.
  сканера>"*14.
 ---------------------------------
      *14  ("Цвет  тела  и  волос  у  них  и  не  совсем  белый   или
  золотистый и, с другой стороны, не совершенно черный,  но  все  они
  красноватые".) Procopios, В. G.,  III,  14.  Анонимный  Стратегикон
  (Anonymni Strategicon, изд.  Мюллера)  называет  их  <греч.  текст>
  (желтым народом).

      Почти   все   древнеарабские    свидетельства    VII-Х    веков
  характеризуют славян как русых (ashab); один лишь Ибрагим ибн Якуб,
  еврейский путешественник X века, отмечает: "интересно,  что  жители
  Чехии смуглые". Слово "интересно" выдает его  удивление  по  поводу
  того, что чехи смуглые, из  чего  можно  заключить,  что  остальные
  северные славяне в целом не были таковыми.*15 Впрочем, и в настоящее
  время среди северных славян преобладает тип блондина, а не шатена.
 ---------------------------------
      *15 "Slav, star.", I, c. 97.  Различные  свидетельства  собраны
  in extenso в "Ziv. st. Slov", I, c. 54.

      Некоторые исследователи, основываясь на  этих  фактах,  приняли
  новую точку зрения в вопросе  происхождения  славян  и  отнесли  их
  предков к белокурой и долихоцефальной,  так  называемой  германской
  расе, сформировавшейся в Северной Европе.  Они  утверждали,  что  в
  течение  столетий  первоначальный  славянский  тип  изменился   под
  влиянием среды и скрещивания с соседними расами. Эту  точку  зрения
  отстаивали у немцев Р. Вирхов, И. Кольман, Т.  Пеше,  К.  Пенка,  а
  среди русских А.П. Богданов, Д.Н. Анучин, К. Иков, Н.Ю.  Зограф;  я
  также присоединился к этой точке зрения в своих первых трудах.
      Однако проблема оказалась более сложной,  чем  считали  раньше,
  и не может быть разрешена так легко и просто. Во  многих  местах  в
  славянских погребениях были найдены брахицефальные черепа,  остатки
  темных или черных волос; с другой же стороны, необходимо  признать,
  что современное соматологическое строение  славян  очень  сложно  и
  свидетельствует лишь об общем преобладании темного и брахицефального
  типа, происхождение которого объяснить трудно. Нельзя считать,  что
  это преобладание  было  предопределено  средой,  его  также  нельзя
  удовлетворительно объяснить более поздним скрещиванием. Я стремился
  использовать данные всех источников, как старых, так  и  новых,  и,
  исходя из них, пришел к убеждению, что  вопрос  о  происхождении  и
  развитии славян гораздо сложнее, чем его до сих пор представляли; я
  полагаю, что наиболее правдоподобна и вероятна гипотеза, построенная
  на совокупности всех этих сложных факторов.
      Праарийский тип не представлял собой чистый  тип  чистой  расы.
  В  эпоху  индоевропейского  единства,  когда  начали  увеличиваться
  внутренние языковые различия, на этот процесс оказали  влияние  уже
  различные   расы,   особенно   североевропейская    долихоцефальная
  светловолосая раса'и среднеевропейская брахицефальная темная  раса.
  Поэтому отдельные народы, формировавшиеся таким образом  в  течение
  третьего и второго тысячелетия до н.э., не были уже чистой расой  с
  соматологической точки зрения; это относится и к  праславянам.  Нет
  сомнения в том, что они не отличались ни чистотой расы, ни единством
  физического типа, ибо они получили начало от двух упомянутых великих
  рас, на стыке земель  которых  была  их  прародина;  самые  древние
  исторические сведения, как и  древние  погребения,  в  равной  мере
  свидетельствуют  об  этом  отсутствии  единства  расового  типа   у
  праславян. Этим объясняются также  те  большие  изменения,  которые
  произошли у славян в течение  последнего  тысячелетия.  Несомненно,
  предстоит еще тщательно рассмотреть эту проблему, но решение ее  --
  я в этом убежден -- может быть основано  не  столько  на  признании
  влияния среды,  сколько  на  признании  скрещивания  и  "борьбы  за
  существование" ("struggle for life") основных имеющихся  в  наличии
  элементов, то есть северной долихоцефальной  светловолосой  расы  и
  среднеевропейской брахицефальной темноволосой расы.
      Тысячи лет назад  среди  славян  преобладал  тип  первой  расы,
  поглощенной в настоящее время другой расой, более жизнеспособной.
      Археология в настоящее время не в  состоянии  разрешить  вопрос
  о происхождении славян. Действительно, нельзя проследить славянскую
  культуру  от  исторической  эпохи  до  тех  древних  времен,  когда
  формировались славяне. В  представлениях  археологов  о  славянских
  древностях до V века н.э. царит полная путаница, и все  их  попытки
  доказать славянский характер лужицких и силезских полей  погребений
  в восточной Германии*16 и сделать из этого  соответствующие  выводы
  являлись  до  настоящего   времени   безуспешными.   Принадлежность
  названных полей погребений славянам доказать не  удалось,  так  как
  связь этих памятников с безусловно славянскими погребениями до  сих
  пор не может быть установлена. В лучшем случае можно допустить лишь
  возможность такого толкования.*17
 ---------------------------------
      *16 По старому административному  делению;  в  настоящее  время
  значительная часть этой территории входит в состав Польши. -- Прим.
  ред.
      *17  См.  мои  статьи  "Pravlast  Slovanu  a  archeologie"   (в
  сборнике в честь Ватрослава Ягича, Берлин, 1908, 670) и "Poznamky k
  otazce  slovanskosti  nasich  poli  popelnicovych"  (в   "Pamatkach
  archeologickych", 26, 1914, c. 181).

      Некоторые немецкие археологи  предполагают,  что  праславянская
  культура была  одной  из  составных  частей  великой  неолитической
  культуры, называемой "индоевропейской"  или  лучше  "подунайской  и
  закарпатской" с разнообразной керамикой, часть которой  раскрашена.
  Это  также  допустимо,  однако  для  этого  у  нас  нет  позитивных
  доказательств*18, так как связь этой культуры с исторической эпохой
  нам совершенно неизвестна.
 ---------------------------------
      *18 Это новая теория Г.  Коссины  и  Г.  Вилке  (Kossinna.  Das
  Weichselland. -- Danzig, 1919. - С. 10; Wilke. Mannus, IX, с. 52).

                                ГЛАВА II
 ---------------------------------------------------------------------
                            Прародина славян

      Вопрос  о  прародине  славян,  то  есть   о   территории,   где
  сформировались славяне и где они обитали вплоть до своего разделения
  и переселения на новые земли, тесно связан с рассматривавшимся выше
  вопросом о происхождении славян. Прародина  других  индоевропейских
  народов, соседних  славянам,  могла  быть  определена  без  особого
  затруднения. Известно,  что  первоначальная  территория  германских
  племен включала Скандинавию, Данию и прилегающие к ней  острова,  а
  также прибрежную полосу между Эльбой (Лабой) и Одером (Одрой) и что
  эти племена заселили собственно Германию лишь в первом  тысячелетии
  до н.э.*1  Литовцы,  несомненно,  почти  полностью  сохранили  свою
  прародину на побережье Балтийского  моря.  Древние  фракийцы  жили,
  вероятно, гораздо севернее, чем обычно считают, на склонах  Карпат,
  название  которых,  по  Я.  Розвадовскому,  очевидно,   фракийского
  происхождения  (по-албански   "karpe"   --   скала);   по-видимому,
  фракийские племена оставались там и в историческую эпоху.
 ---------------------------------
      *1  Г.  Коссина,  профессор  Берлинского  университета,  тщетно
  пытался доказать, что Польша и Украина в конце неолита были заселены
  германцами  ("Das  Weichselland,  ein   uralter   Heimatboden   der
  Germanen", Danzig, 1919).

      Что же касается  славян,  то  они,  очевидно,  довольно  долгое
  время обитали где-то по соседству с этими народами. На это указывает
  их принадлежность к индоевропейской языковой семье сатем (см. выше,
  с. 16), кроме того, соседство с фракийцами,  особенно  с  северными
  (именовавшимися часто даками), и, наконец, тесная связь с литовцами
  в эпоху "литовско-славянского единства".  С  бассейнами  каких  рек
  связана прародина  славян  и  каковы  были  ее  границы  --  таковы
  первоочередные вопросы,  стоящие  перед  исследователем  древнейшей
  истории славян. Это тем более важно, что в зависимости  от  решения
  этих вопросов находятся  наши  представления  как  о  самом  начале
  истории славян, так и  об  их  первоначальной  культуре.  Прародину
  славян разные исследователи определяют  по-разному,  и  даже  между
  наиболее выдающимися из них нет согласия по данному вопросу.
      В то время как Я. Пейскер, историк  и  социолог,  считает,  что
  прародина славян находится в болотах у Рокитны (в бассейне Припяти),
  а Н. Ростафинский значительно расширяет ее границы к югу и  востоку
  за счет обширных  и  плодородных  областей,  русский  историк  В.О.
  Ключевский ищет ее на Дунае; чешский же археолог Й.Л. Пич, искавший
  ее сначала  в  Подунавье  и  Венгрии,  в  своих  последних  работах
  определяет ее  между  Эльбой  и  Вислой;  наконец,  два  выдающихся
  славянских лингвиста Я. Розвадовский и А.А. Шахматов ищут прародину
  славян севернее, в долине Двины вплоть до озера Ильмень*2. Я уже не
  говорю  о  разных  "автохтонистских"  теориях,   которые   помещают
  праславян на территории всей Центральной Европы, на восток от  Роны
  и Рейна. Хотя эти теории научно совершенно не обоснованы, они тем не
  менее удерживаются до настоящего времени.
 ---------------------------------
      *2 См. мою  статью  "Nove  theorie  о  pravlasti  slovanske"  в
  Чешском историческом журнале (XXI, 1915,1-II).

      Однако оставим эти теории в стороне; я подробно  изложил  их  в
  своих  "Славянских  древностях"*3,   здесь   они   неуместны,   ибо
  бесполезность их совершенно очевидна. Первый  вопрос  формулируется
  так: к северу или к югу от Карпат находилась прародина  славян?  По
  этому вопросу долгое время  существовали  две  точки  зрения:  одни
  помещали ее на север, в древнюю Сарматию (отсюда  и  название  этой
  теории "сарматская"), другие же искали ее на среднем и нижнем Дунае
  (отсюда название теории "дунайская"). Дунайская теория утратила свое
  былое  значение,  однако   в   прошлом   столетии   ее   отстаивали
  многочисленные исследователи: А. Беловский, М. Погодин, Фр.  Рачки,
  М. Дринов, Ив. Филевич, И. Пич, Дм. Самоквасов и В. Ключевский; еще
  и теперь она имеет своих сторонников и будет их иметь и в  будущем,
  поэтому мы должны рассмотреть основные ее аргументы и сравнить их с
  аргументами, приводимыми в пользу северной прародины славян.
 ---------------------------------
      *3 Подробности см. в моих "Slov. star.", II, с. 71; III, с. 32,
  и в приложении к этой книге.

      Главным доказательством  являлась  Киевская  летопись,  которую
  можно  назвать  "свидетельством  о  рождении"   славян.   Последнее
  содержится уже в начале летописи, в главе,  названной  "Се  повести
  времяньных летъ, откуду есть пошла руская земля, кто въ Киеве  нача
  первее княжити", в главе,  которая  была  написана  в  XI  веке,  а
  частично  уже   в   X   веке*4   монахом   Киево-Печерской   лавры,
  использовавшим древние церковные летописи и византийские хроники*5.
 ---------------------------------
      *4  Редакция  Киевской  летописи  в  том  виде,  в  каком   она
  сохранилась до нас, датируется началом XII века.
      *5 См. выше, с. 12.

      Текст гласит:
      "Спустя много времени*6  сели  славяне  по  Дунаю,  где  теперь
  земля Венгерская и Болгарская. И от этих славян разошлись славяне по
  земле и прозвались именами своими, где кто сел на каком месте. Так,
  например, одни, придя, сели на  реке  именем  Морава  и  прозвались
  морава, а другии назвались чехи. А вот еще  те  же  славяне:  белые
  хорваты, и сербы, и хорутане. Когда  волохи  напали  на  славян  на
  дунайских и поселились среди них и притесняли их,  то  славяне  эти
  пришли и сели на Висле и прозвались ляхами, а от  тех  ляхов  пошли
  поляки, другие ляхи -- лутичи, иные -- мазовшане, иные -- поморяне.
      Так же и эти славяне  пришли  и  сели  по  Днепру  и  назвались
  полянами, а другие -- древлянами, потому что сели в  лесах,  а  еще
  другие сели между Припятью и Двиною и назвались  дреговичами,  иные
  сели по Двине и назвались полочанами по речке,  которая  впадает  в
  Двину и носит название Полота. Те же славяне,  которые  сели  около
  озера Ильменя, прозвались своим именем --  славянами,  и  построили
  город, и назвали его Новгородом. А другие сели по Десне, и по Семи,
  и по Суле и назвались северянами. И так разошелся славянский народ,
  а по его имени и грамота назвалась "славянская""*7.
 ---------------------------------
      *6 После вавилонского столпотворения.
      *7 Повесть временных лет, 1950, I, с. 207.

      Итак, по  мнению  автора,  славяне  жили  когда-то  на  среднем
  Дунае и, выйдя оттуда, расселились по  территории  Чехии,  Моравии,
  Германии, Польши  и  России.  Эта  точка  зрения  подтверждается  в
  летописи еще дважды. В том же тексте имеется упоминание о том,  что
  славяне  были  изгнаны  со  своих  первоначальных  земель   влахами
  (волохами), и далее добавляется в части, посвященной  св.  апостолу
  Павлу, что "ту бо есть Илюрикъ, его же доходилъ апостолъ Павел;  ту
  бо беша словене первое"*8.
 ---------------------------------
      *8 Там же, с. 23 ("Там  же  находится  и  Иллирия,  до  которой
  доходил апостол Павел и где первоначально жили славяне").

      Эти три  места  из  древнейшей  славянской  летописи  являются,
  несомненно, важнейшим источником при изучении истории происхождения
  славян и свидетельствуют о том, какое представление об этом предмете
  имели сами славяне в X, XI и XII веках; они считали, что расселение
  различных славянских групп началось вблизи нижнего и среднего Дуная,
  в областях, которые назывались в то время "землями Булгар и Угров".
  Это  представление  было  господствующим  затем   для   большинства
  славянских историков и летописцев, в частности в Польше у Кадлубека,
  Богухвала и Длугоша, и сохранялось вплоть до конца XIX века.  В  их
  работах  мы  встречали  лишь  несущественные  различия  в  деталях,
  касающихся точного определения границ этой прародины. Паннония часто
  называлась "mater et origo omnium sclavonicarum nationum" ("матерью
  и началом всех славянских народов") или "prima  et  vetus  Slavorum
  sedes  parens  et  alumna"  ("первоначальная  и  древнейшая  родина
  славян")*9. Особая традиция  сообщает  о  том,  как  предки  чехов,
  поляков и русских вышли из Хорватии и Сербии под  предводительством
  братьев Чеха, Леха и Руса. Доказано, что подобные традиции являются
  всего лишь вымыслами, возникшими в чешских и польских монастырях XII
  и XIII веков.*10 Однако, несмотря  на  это,  русская  летопись  и в
  дальнейшем оставалась позитивной базой дунайской  теории  даже  для
  самых авторитетных исследователей. Ее рассматривали как достоверную
  традицию, как подлинное воспоминание о землях, населенных  предками
  славян, которое летописец записал по  народному  преданию.  И  даже
  Шафарик посвятил целую главу в  своих  "Древностях"  доказательству
  достоверности этой традиции.
 ---------------------------------
      *9 Хроника Богухвала ("Monumenta Poloniae  historica",  II,  с.
  468) и Длугоша ("Historia polonica", I, initio).
      *10  Эта  традиция  ведет  начало   от   краковского   епископа
  Богухвала.

      К сожалению, свидетельство Киевской  летописи  нельзя  признать
  ни подлинным, ни правдивым.  Это  лишь  часть  той  сети  вымыслов,
  которую  создал  летописец,  рассказывая  об   отходе   славян   от
  Вавилонской  башни  по  дорогам  через  Малую  Азию  к  Балканскому
  полуострову, который будто бы стал их первым местом жительства,  их
  европейской прародиной. Отсюда отождествление древних иллирийцев со
  славянами, что мы и находим в летописи, отсюда  также  идея  об  их
  первом месте жительства на среднем Дунае, где в XII веке находились
  земли болгар и угров.
      Утверждение  русского  летописца  не   основывается   даже   на
  народной традиции. Это чистые вымыслы,  использованные  летописцем,
  если только он сам  не  создал  их  или  не  воспринял  от  другого
  летописца, который был их создателем. Такой вывод вытекает не только
  из общей концепции летописца, из всецело библейского характера  его
  исходных положений и из некоторых других сведений (так, например, мы
  узнаем, что духовенство южных славян создавало различные легенды  с
  целью доказать древность славян в Хорватском королевстве), но и  из
  всех фактических данных о древнейшей истории Подунавья и Балкан*11.
 ---------------------------------
      *11 Например, легенда, согласно которой апостолы,  в  частности
  св. Павел, проповедовали  в  славянских  землях  евангелие,  а  св.
  Иероним, умерший в 420 году, создал древнеславянскую письменность --
  глаголицу. См. "Киевская летопись" (указанное место), а также Письмо
  папы Иоанна X (914-928) ["quis enim ambigit  Sclavinorum  regna  in
  primitiae (sic!). Apostolorum  esse  commemorate"]  и  Письмо  папы
  Иннокентия IV от 1248 года: "in Sclavonia est  litterata  specialis
  quam illius terrae clerici se habere a beato leronimo asserentes".

      Эта история  убеждает  нас  в  том,  что  иллирийцы,  фракийцы,
  паннонцы, сарматы, галлы и другие народы, жившие  когда-то  в  этих
  местах, не имеют ничего общего со  славянами,  что  их  языки  были
  совершенно отличны от славянского языка и что до христианской эры в
  этих местах нет никаких следов пребывания славян. В действительности
  же все фактические данные заставляют нас искать прародину славян  в
  областях, откуда началась их миграция, а именно на север от Карпат,
  вдали от Дуная и от Балкан. Таков вывод, к которому  нас  неизбежно
  приводят все имеющиеся сведения.
      История, как  я  уже  говорил,  не  нашла  ни  малейших  следов
  пребывания славян по нижнему и среднему течению Дуная в  период  до
  нашей эры. Название местностей, рек, гор и самих народов,  а  также
  памятники их письменности указывают нам на распространение  в  этих
  областях иных языков, каждый из которых так же близок к славянскому,
  как и к любому другому индоевропейскому языку. А ведь именно  в  ту
  эпоху, в которую мы тщетно ищем славян на Дунае, до Рима дошли  уже
  первые сведения о славянах, сведения, в которых сообщается о большом
  народе, живущем по ту сторону Германии, на другом берегу  Вислы,  и
  именуемом венедами.  То,  что  венеды  должны  рассматриваться  как
  славяне, я докажу ниже*12. А пока  ограничимся  тем,  что  допустим
  существование славян к северу от  Карпат.  Мы  увидим  вскоре,  что
  оттуда они постепенно продвигались к югу, к Дунаю, наконец, перешли
  его, но нигде в истории мы не встретим описания миграции  славян  в
  обратном направлении, то есть с юга на север.
 ---------------------------------
      *12 См. следующую главу, с. 32 и сл.

      Киевской традиции, которая помещает прародину славян на  юг  от
  Карпат и которая представляется нам совершенно неправдоподобной, мы
  можем противопоставить два  других  исторических  источника,  более
  достоверных, подлинных и  значительных,  явно  свидетельствующих  в
  пользу северной прародины славян. Первый источник --  свидетельство
  анонимного Равеннского космографа (1.12):  "Sexta  ut  hora  noctis
  Scytharum est patria unde Sclavinorum exorta  est  prosapia".  Речь
  идет о Скифии на северо-востоке Европы. Точно неизвестно,  в  каком
  веке жил автор этого свидетельства, но,  несомненно,  это  было  не
  позднее VII века; следовательно, он по времени жил ближе к событиям,
  связанным с началом переселения славян со своей  прародины,  нежели
  киевский летописец XII века.
      Второе свидетельство содержится в кратком  описании  славянских
  народов, также анонимном, написанном, вероятнее всего,  в  IX  веке
  славянским монахом одного из баварских монастырей.  Этот  Баварский
  аноним (Anonymus Bavarus),  как  его  называют,  включает  в  число
  народов к северу от Дуная (такая локализация  подтверждается  самим
  названием его списка) народ, названный "Zeruiani, quod  tantum  est
  regnum ut ex eo cunctae gentes Sclauorum exortae sint  et  originem
  sicut affirmant ducant"*13. Правда, мы не знаем, какой народ  имеет
  в виду Баварский аноним под названием Zeruiani, не является ли  оно
  искаженным названием сарматов или сербов и не идет ли здесь речь  о
  названии северян позднейшей Руси; во всяком случае, здесь говорится
  о народе, который жил к северу от  Дуная  и  от  Карпат,  где-то  в
  глубине древней Сарматии. Итак, это и есть место происхождения всех
  славян, определенное народной традицией IX века, традицией подлинной
  и ни в коем случае не вымышленной, так как ее  сохранял  сам  народ
  ("sicut affirmant").
 ---------------------------------
      *13  Ср.  Шафарик,  Slov.  star.,  II.711.  Название  сообщения
  гласит: "Описание общин и областей к северу от Дуная"  ("Descriptio
  civitatum et regionum ad septentrionalem plagam Danubii"). Летопись,
  открытая Гормайером, хранится в Мюнхенской библиотеке.

      К этим  двум  свидетельствам  можем  добавить  и  третье:  само
  представление историков VI века, согласно которому в то время, когда
  начали намечаться места жительства и переселения славян, они  имели
  свою прародину где-то к северу от Дуная. Нет ни  одного  сообщения,
  которое свидетельствовало бы об обратном.  Итак,  очевидно,  что  в
  эпоху, когда славяне стали известны в Европе, весь  мир  считал  их
  народом северного происхождения.
      Лингвистические   доводы,   приводимые   иногда    сторонниками
  дунайской теории с целью  защитить  свою  точку  зрения,  не  имеют
  решающего   значения.   Сторонники   этой   теории   ссылаются   на
  распространенность  названия  Дунай*14  в  песнях  и  в  топонимике
  славянских народов, а  именно  тех  народов,  вся  история  которых
  протекала вдали от этой реки; однако если принять  во  внимание  те
  отношения, которые должны были всегда связывать поляков и русских с
  Подунавьем (чехи и словаки всегда были очень  близки  к  нему),  то
  нельзя признать эти доказательства  в  пользу  дунайской  прародины
  славян справедливыми и решающими. Наоборот, если для решения вопроса
  обратиться  к  исследованию  всех  индоевропейских  языков   и   их
  взаимосвязей, то славянский язык был тесно связан, с одной стороны,
  с фракийским (дакийским), иранским и германским языками, а с другой
  стороны, с литовским и финским языками. Вряд ли можно  найти  более
  подходящую территорию, где могли бы развиваться эти  разносторонние
  связи, чем область в районе Закарпатья. Сам характер  этой  области
  более чем что бы то ни было другое соответствует названиям флоры  и
  фауны,  сохранившимся  в  древнеславянском  словаре.*15   Напомним,
  кстати, выводы антропологии по вопросу о первоначальном  физическом
  типе славян (см. с. 18-19),  заключения,  правда,  пока  еще  очень
  неопределенные, к которым пришли археологи на основании добытых ими
  материалов, и разобранная выше  гипотеза  предстанет  в  еще  более
  достоверном виде. Таковы доводы, которые, я полагаю, дают нам право
  отнести прародину славян на север от Карпат. Нам остается определить
  ее размеры и наметить, насколько возможно, ее границы.  Как  я  уже
  говорил (см. выше, с. 22), сторонники северной прародины определяют
  ее местонахождение довольно различно: то на восток, то на запад  от
  Вислы, и даже в низовьях Немана и Двины, вплоть до побережья  озера
  Ильмень. Это  вызвано  тем,  что  решение  этой  проблемы  является
  действительно делом трудным.
 ---------------------------------
      *14 Название Дунай  --  чуждого,  неславянского  происхождения.
  Предполагают, что славяне  приняли  кельтское  название  (ср.  лат.
  Danuvius, Danubius, греч. <...> и т. д.), которое было передано  им
  германцами (гот. Donavis, Donavia). Древнеславянская форма  Дунавъ,
  позднее Дунай.
      *15 См. труды Шулька (Pogled iz biljarstva u  praviek  Slavena,
  Rad XXXIX,  1887)  и  Ростафинского  (О  pierwotnych  siedzibach  i
  gospodarstwie Slowian, Sprawozdania Krakowske" akademie, II,  1908,
  III).

      Приступая к определению области,  в  которой  жили  славяне  до
  своего расселения, то есть около начала  нашей  эры,  можно  прежде
  всего считать установленным, что славяне долгое время не переходили
  Карпатские горы. Я не стану отрицать, что отдельные  группы  славян
  могли проникать через главные Карпатские перевалы, в частности через
  Яблоновский и Ужоцкий, вплоть до нынешней Словакии.
      Однако народ в целом все еще оставался на территории  к  северу
  от самих гор и, естественно, от галицийских лесов,  окружавших  эти
  горы. Необходимо напомнить, что как древняя карпатская  топонимика,
  так  и  исторические  названия  главных  карпатских  горных   цепей
  (Карпаты, Татра, Фатра, Матра, Магура,  Бескид)  чужды  славянскому
  языку. Однако Подолье и Волынь должны были быть славянскими  уже  в
  эпоху Геродота, судя по его сообщениям  о  жителях  этих  областей,
  которых он называет неврами (Neupoi)  (IV.  100-118)  и  славянское
  происхождение которых вполне очевидно*16.
 ---------------------------------
      *16  См.  соответствующий  комментарий   в   моих   "Славянских
  древностях", I, с. 266 и cл.

      Трудно  определить,  шла   ли   западная   граница   славянской
  прародины по Эльбе или по Висле. Определение этой границы зависит от
  того, удастся ли археологам выяснить этническую принадлежность полей
  погребений лужицко-силезского типа, упоминавшихся выше (на с.  20).
  Если удастся доказать славянскую принадлежность полей погребений, то
  старая граница прародины славян конца второго тысячелетия  до  н.э.
  продвинется до Эльбы и Заале, если же не удастся доказать  это,  то
  граница останется в области Вислы. Такова точка зрения,  которую  я
  принимаю в настоящее время. Ее подтверждает еще один лингвистический
  довод.  Славянам  было  вначале  неизвестно  слово   "бук"   (Fagus
  silvatica), так как, будучи в семье  индоевропейских  народов,  они
  относились  к  большой  группе,  жившей   за   восточной   границей
  распространения этого дерева,  то  есть  восточнее  приблизительной
  линии Кенигсберг (Калининград) -- Кременец -- Одесса.*17 Однако они
  узнали это дерево еще в эпоху  своего  единства,  так  как  приняли
  германское название (Buche),  из  чего  можно  заключить,  что  они
  достигли Вислы уже во времена до нашей эры. Перешли ли они тогда же
  эту реку и достигли ли Эльбы -- таков вопрос, на  который,  как  мы
  видели, должна ответить археология.
 ---------------------------------
      *17  По  мнению  Брюкнера,  выдающегося   польского   филолога,
  первым всеобщим названием бука было grabъ, grabrъ ("Zeitschrift fur
  vergleichende Sprachforschung", XLVI.193). Было бы неверно, однако,
  если бы славян удаляли от Вислы на этом основании; да и сама теория
  Брюкнера, я полагаю, несколько натянута. Прародина славян не  знала
  также слова тис  (tisъ,  Taxus  baccata),  дерева,  распространение
  которого относится лишь к западной части определяемой территории.

      Однако здесь  следует  учесть  еще  одно  обстоятельство.  Если
  удастся  доказать  славянское   происхождение   полей   погребений,
  относящихся целиком к первому тысячелетию до н.э.,  то  надо  будет
  предположить, что славяне, проникнув за Эльбу,  были  вытеснены  во
  второй половине этого тысячелетия отчасти кельтами, двигавшимися  с
  запада, а затем германцами с севера, так что Висла опять  стала  их
  западной  границей  и  оставалась  ею  вплоть  до  начала  великого
  славянского переселения. Все древние авторы сходятся во мнении, что
  Висла является границей Германии и Сарматии,*18 и нет никаких причин
  предполагать, что это их мнение не имеет реального основания.
 ---------------------------------
      *18 Прежде всего М. Vips. Agrippa (Plin.,  IV.81,  97,  Dimens.
  prov., 19); затем Pomp. Mela, III.l, 82; III.3, 25; Ptolem., 11.11,
  1, 4, 8, 10, III.l, 8; Marc., II.31, 36-38. Название Вислы считалось
  либо славянского происхождения (Добровский, Крек, Гануш, Кавчинский,
  А. Погодин), либо  славяно-германского  (Фирлингер,  Шрадер),  либо
  германского  (Ферстеман,  Будилович),  либо,  наконец,  галльского.
  Последнюю точку зрения разделяли  выдающиеся  современные  филологи
  (Розвадовский, Шахматов, Фасмер, Буга, Бремер). Однако мы не  можем
  не обратить внимание на то, что подобные или очень близкие названия
  широко распространены в славянской топонимике. Тут мы встречаем  не
  только Вислоку, Вислок (приток Вислы)  в  Галиции,  но  и  Вислицу,
  Вислоч, Вислувку в Польше, Свислочь в Белоруссии и Виславу (Wiszlo)
  в Венгрии. Прибавлю, что русский филолог А. Соболевский относит даже
  связи славян с саксами к эпохе славянского единства.

      В равной степени не ясна и  восточная  граница.  Известно,  что
  Поволжье было некогда областью распространения угро-финских народов
  и что их земли когда-то простирались на  запад,  включая  полностью
  районы Угры, Оки, а возможно, и Дона. Лишь область Днепра относилась
  к   славянской   прародине.   Название   этой   реки,   безусловно,
  неславянского происхождения,*19  древнее  название  Борисфен  можно
  лишь с  трудом  вывести  из  древнеславянского  "берсть",  русского
  "берест"*20. Однако имеются иные  доказательства,  побуждающие  нас
  включить средний Днепр в число славянских рек. Принимая во внимание
  то, что в VI веке н.э.  территория  севернее  Азовского  моря,  или
  точнее Подонье, была уже  истинным  средоточием  славян  (Прокопий,
  IV.4, говорит о "бесчисленных племенах антов": <греч. текст.>), мы,
  несомненно,  имеем  право  присоединить  начиная  с  нашей  эры   к
  первоначальным землям славян среднее течение Днепра, а одновременно
  и его притоки Березину и  Десну,*21  названия  которых,  бесспорно,
  славянские.
 ---------------------------------
      *19 Предполагается,  что  оно  скифо-сарматского  происхождения
  (oset. dan -- "вода"). (См. Л. Нидерле. Staroveke zpravy  о  zemich
  vychodni Evropy. -- Praha, 1899. -- С. 58 и А. Соболевский.  Archiv
  fur slavische Philologie. -- 1905. -- C. 240.)
      *20 Слав, берстъ, "jilm" (Niderle L  Staroveke  zpravy.  --  C.
  70,  84);  см.  похожее  название  Днепровского  притока  Березины,
  образование от береза ("briza").
      *21 См. Vasmer. Rocznik slawistyczny, IV, с. 164;  V,  с.  138:
  VI, с. 177

      Полагаю далее,  что  будинов  Геродота  (<греч.>,  IV.21,  102,
  108), вероятно, можно считать славянами. Места их  жительства  были
  где-то  на  Десне  и  в  близлежащих  к  ней  районах   Подонья.*22
  Скифы-земледельцы, живущие между  Бугом  и  Днепром  (Herodot,  IV.
  17,18, 53, 54) над порогами и ведущие совершенно иной образ жизни по
  сравнению с подлинными скифами-кочевниками,  не  могли  быть  никем
  иным, кроме как предками восточных славян. В то время к Черному морю
  славяне  проникали  лишь   как   торговцы.   Этим   и   объясняется
  древнеславянское слово "корабль", взятое из греческого karabion, --
  слово, кторое славяне заимствовали еще до нашей эры.
 ---------------------------------
      *22 См. дальше, с. 31.

      Hа севеpе  долины  Hемана  и  Двины  были  сначала  литовскими;
  полоса (бесчисленных озеp и  болот,  тянyвшаяся  междy  Пpyссией  и
  Мазовией и дальше междy пpитоками Hаpева  и  Пpипяти,  пpедставляла
  естественнyю  гpаницy,  котоpyю  позднее  славяне   лишь   частично
  пеpешли*23.  Литовская  теppитоpия  пpостиpалась  pанее   даже   на
  севеpо-восток, к веpхнемy течению Днепpа, где и отделяла славян  от
  западных и восточных финнов.
 ---------------------------------
      *23 Кочyбинский А.А. Теppитоpия доистоpической Литвы  //  ЖМHП.
  1897. I. -- С. 60.

      В какyю же эпохy славяне пpоникли вплоть до Hемана  и  веpхнего
  Днепpа? Известно, что в IX веке н.э. славяне пpочно заселяли беpега
  озеpа Ильмень и даже беpега Hевы и Ладожского озеpа; но это было  в
  эпохy, очень отдаленнyю от вpемени сyществования их общей пpаpодины
  и славянского единства. А. Соболевский, выдающийся pyсский филолог,
  пpедполагает, что сюда славяне пpоникли yже довольно pано, до pаспада
  языкового единства, и основывается  пpи  этом  на  дpевнеславянских
  фоpмах названий Hемънъ,  лит.  Nemunas  и  Seregerъ,  или  Selizarъ
  (Селигеp -- название озеpа  около  Осташкова);  однако  его  выводы
  вызвали возpажения.*24 Вопpос остается откpытым,  я же  сам  скоpее
  склонился бы к отpицательномy pешению. По  моемy  мнению,  едва  ли
  возможно искать севеpнyю гpаницy славян за гоpодом Смоленском.
 ---------------------------------
      *24   Соболевский   А.   Лингвистические   и    аpхеологические
  наблюдения. -- Ваpшава, 1910; см. также возpажения емy А. Погодина,
  "Изв. отд. pyсск. яз. и слов.", 1905, Х.З, с. 11.

      Из  всего  сказанного  вытекает,  что  теppитоpия,   населенная
  славянами до их pасселения, пpостиpалась  междy  Эльбой  и  сpедним
  Поднепpовьем  (с  Десной,  Пpипятью  и  Беpезиной),  однако  в  этy
  теppитоpию не следyет включать западнyю часть, pасположеннyю  междy
  Эльбой и Вислой, пока не бyдет доказана  славянская  пpинадлежность
  полей погpебений в этой области, если она вообще  бyдет  когда-либо
  доказана. Итак, славяне во вpемя  своего  этнического  и  языкового
  единства жили на теppитоpии  совpеменной  восточной  Польши,  южной
  части Белоpyссии (в pайоне сpеднего течения Беpезины,  а  также  по
  течению Сожа и Ипyти), в севеpной части Укpаины, Подолии, Волыни  и
  Киевщины  с  Десной.*25  Подобное  pазмещение  общеславянских  мест
  поселения наилyчшим обpазом согласyется с данными дpевних источников
  (Равеннского  и  Баваpского  анонимов),  а  также  со   сведениями,
  относящимися к I -- IV векам н.э., о большом наpоде венедов. Равным
  обpазом  доказывает  нам   это   и   изyчение   взаимосвязи   междy
  дpевнеславянским,  дpевнеиpанским,   литовским   и   западнофинским
  языками. Здесь мы также встpечаем пpиpодy, флоpа  и  фаyна  котоpой
  соответствyют томy, что нам сохpанил дpевнеславянский словаpный фонд
  о фаyне и флоpе славянской пpаpодины. В этом  отношении  моя  точка
  зpения полностью совпадает с точкой зpения Ростафинского, однако  я
  не согласен с Пейскеpом, котоpый пpоводит гpаницy пpаpодины  славян
  только по Пpипятьским болотам*26.
 ---------------------------------
      *25  Самого  кyльтypного  единства  никогда  не   сyществовало.
  Hаселение Повисленья было всегда под  влиянием  иных  кyльтyp,  чем
  население Поднепpовья,  а  кyльтypа  западных  славян  была  всегда
  отлична от кyльтypы славян восточных.
      *26 Впpочем, этот исследователь сам  допyскает  pаспpостpанение
  славян yже в доистоpическyю эпохy и вне Пpипятьской области.

      Еще один вопpос пpедставляет опpеделеннyю тpyдность  --  вопpос
  о названиях водных пyтей. Естественно  было  бы  ожидать,  что  эти
  названия в  областях,  долгое  вpемя  заселенных  славянами,  бyдyт
  исключительно  славянскими.  Однако  наиболее  выдающиеся  филологи
  постоянно подкpепляют все новыми доказательствами yтвеpждения,  что
  названия водных пyтей в дpевней Польше большей частью неславянского
  пpоисхождения, напpимеp Висла, Виаp, Hида, Раба, Рона,  Сан,  Мень,
  Мpога, Бpда, Одpа, Особлога, Лабyнька, Вда,  Сола,  Оpава,  Моpава,
  Видава и  т.  д.  Два  славянских  исследователя,  Ян  Розвадовский
  (Кpаков) и Александp Шахматов (Петpогpад), в  особенности  защищали
  этy точкy зpения; они pассматpивали большyю часть этих названий как
  галльские. Hа этом  основании  они  относили  пpаpодинy  славян  за
  область нижнего Hемана, в pайон Двины и на  беpега  озеpа  Ильмень;
  однако  и  здесь,  к  сожалению,  не   были   обнаpyжены   названия
  дpевнеславянского пpоисхождения. Шахматов считал, что на Пpипяти  и
  Двине жили финны, а в восточной части Повисленья -- галло-венеды,*27
  славяне же якобы поселились здесь лишь в III веке н.э.
 ---------------------------------
      *27 А. Шахматов. Изв. отд. pyсск. яз. и  слов,  1911,  с.  707;
  "Archiv fur slavische Philologie", 1911,  с.  51;  J.  Rozwadowski.
  Spravozdania Krakovske akademie, 1901, XI, 1906, III;  Almae  matri
  Jagiellonicae, Львов, 1900, с. 107. Однако в самой последней  своей
  статье Розвадовский высказывается довольно остоpожно и отказывается
  от теоpии кельтской пpинадлежности венедов ("Rocznik slawistyczny",
  VI, с. 39, 269), но поддеpживает тy точкy зpения, что до нашей  эpы
  славяне жили не междy Вислой и Днепpом, а севеpнее Hемана.

      Так  как  все   эти   pазличные   точки   зpения   пpедставлены
  филологами в pавной  меpе  известными,  то  pешить  пpоблемy  очень
  тpyдно. Тем не менее pешение должно быть найдено. В одинаковой меpе
  нельзя  допyстить  как  кельтскyю,  так  и  финскyю  пpинадлежность
  вышеназванных областей, как это yтвеpждает  Шахматов,  так  же  как
  нельзя полностью исключить наличие там славян. Такой  пyть  мог  бы
  пpивести к абсypдномy выводy, что в  Евpопе  вообще  не  сyществyет
  области, котоpyю можно было бы считать славянской пpаpодиной,*28 так
  как нет области, где  бы  геогpафическая  теpминология  была  чисто
  славянской. Пpишлось бы исключить славян из числа обитателей дpевней
  Евpопы, пpедположив,  что  они  появились  здесь  лишь  несколькими
  столетиями позднее, yже в нашей  эpе,  что,  однако,  невозможно  с
  истоpической точки зpения. Если бы был доказан  кельтский  хаpактеp
  висленской теpминологии -- напоминаю, что выводы Шахматова встpетили
  pезкий   отпоp   со   стоpоны   некотоpых   выдающихся   славянских
  филологов,*29 -- то и тогда следовало бы пpинять во внимание дpевнее
  заселение этих земель пpотокельтами или дpyгими  индоевpопейцами  в
  течение пеpвого пеpиода их pазвития  до  поселения  там  пpаславян.
  Однако это не исключало бы того, что славяне заняли этy  теppитоpию
  после pаспада индоевpопейского единства и поселились здесь в течение
  втоpого и пеpвого тысячелетий до н.э.  Мы  ищем  теppитоpию  славян
  именно в пеpиод pаспада индоевpопейского единства, а не тy  область
  дpевней индоевpопейской  теppитоpии,  где  славянство  заpождалось.
  Теоpия Шахматова, если бы она была обоснована, доказывала  бы  лишь
  то, что в опpеделеннyю эпохy эта  теppитоpия  была  заселена  также
  кельтами, а отнюдь не то,  что  мы  должны  отказаться  от  поисков
  славянской пpаpодины в этой области, когда есть пpичины, побyждающие
  нас к этомy.  Стоит  лишь  вспомнить  о  том,  что,  напpимеp,  для
  славянизации теpминологии восточной Геpмании  оказалось  достаточно
  лишь нескольких столетий.
 ---------------------------------
      *28 См. мою статью  "Nove  theorie  о  pravlasti  slovanske"  в
  "Чешском истоpическом жypнале" ("Cesky  casopis  historicky",  XXI,
  1915, I-II).
      *29 См. кpитикy К. Бyги и М. Фасмеpа  ("Rocznic  slawistyczny",
  VI, с. 1-28, 179). Эти автоpы совсем отвеpгали  галльский  хаpактеp
  пpиведенных названий (кpоме названия Вислы)  и  обозначали  их  как
  индоевpопейские. Hаконец, А.  Шахматов  сам  пpизнал  незадолго  до
  смеpти  "слабость  и   неyдовлетвоpительность"   своих   несчастных
  кельтских теоpий (A. Meillet. Revue des Etudes slaves. I. --  1921.
  -- C. 190, пpим. 1).

      Хаpактеp  областей,  где  мы  ищем  пpаpодинy  славян,   хоpошо
  известен геогpафам. Это земли, сpедняя часть  котоpых  (Пpипятьский
  бассейн) еще и поныне покpыта бесчисленным  количеством  стоячих  и
  пpоточных вод и бесконечными сосновыми, бyковыми, беpезовыми лесами,
  ольшанником и ивняком. Климат здесь сypовый, в котоpом  могyт  жить
  только  охотники  и  pыболовы.  К  томy  же  эти  yсловия   два-тpи
  тысячелетия томy назад были много хyже, тогда как в настоящее вpемя
  они значительно yлyчшены*30. Hаиболее плодоpодные области, пpигодные
  для земледелия, находились лишь на окpаинах этой теppитоpии, то есть
  на востоке и на юго-востоке.
 ---------------------------------
      *30 До 1900 года здесь было осyшено для земледелия  7  832  000
  га; 328 000 га были пpевpащены  в  лyга,  таким  обpазом,  осталось
  только 2 644 000 га болот.

      Hаpод, живyщий на этих  землях,  должен  был  много  тpyдиться,
  чтобы пpевpатить болота и леса в  обpаботаннyю  землю.  Именно  эти
  yсловия способствовали pазвитию общественных отношений,  основанных
  на совместном тpyде больших семей и на  социальном  pавенстве.  Это
  способствовало pазвитию  демокpатии,  не  допyскавшей  концентpации
  политической и экономической власти в pyках отдельных лиц. Еще одно
  обстоятельство заслyживает внимания: по всем вышеyказанным пpичинам
  этот наpод долгие столетия жил в  относительном  покое,  вне  бypь,
  котоpые либо yгpожали стаpомy светy, либо потpясли его, но также  и
  вне областей великих цивилизаций дpевности. Земли славян всегда были
  очень плохо известны гpекам и pимлянам. Славяне долго жили "дома" и
  "для себя", в стоpоне от чyжих влияний, и потомy могли пpевpатиться
  в большой наpод ["самый многолюдный наpод" -- "<гpеч.>", говоpит  о
  них Птолемей], что не пpивлекали к себе особого внимания.
      Такова  была  пpаpодина  славян,  таковы  были   пеpвоначальные
  yсловия их сyществования.

                              ГЛАВА III
 ---------------------------------------------------------------------
    Пеpвые истоpические известия о славянах и наименования последних

      Пеpвые   истоpические   сведения    о    славянах    появляются
  относительно поздно; до нашей эpы о них нет ни одного  достовеpного
  yпоминания.
      Однако славяне, как мы только что  видели,  издавна  обитали  в
  Центpальной и Восточной  Евpопе  и  пpетеpпели  здесь,  несомненно,
  немало pазличных изменений под  влиянием  событий,  пpоисшедших  до
  нашей эpы и до эпохи их pасселения. Однако истоpия не сообщает  нам
  ничего, что бы относилось  непосpедственно  к  славянам.  Мы  можем
  делать лишь косвенные пpедположения, что в эпохy,  когда  pазличные
  гpyппы,  составившие  впоследствии  целые  племена,   обитали   еще
  совместно на общей теppитоpии, на  сyдьбы  славянства  должны  были
  оказать влияние некотоpые значительные истоpические события.
      Так, можно пpедположить,  что  в  VIII  и  VII  веках  до  н.э.
  славяне завязали сношения с  иpанскими  скифами,  котоpые  пpоникли
  тогда из Азии в  степные  южноpyсские  области.*1  Я  не  колеблясь
  yтвеpждаю, что сpеди yпомянyтых Геpодотом севеpных соседей скифов не
  только невpы на Волыни и Киевщине, но, веpоятно, и бyдины, обитавшие
  междy Днепpом и Доном,  и  даже  скифы,  именyемые  и  пахаpями,  и
  земледельцами  (<гpеч.>)  и  помещенные  Геpодотом*2  к  севеpy  от
  собственно степных областей междy веpхним Бyгом и сpедним  Днепpом,
  были,   несомненно,   славянами,   котоpые    испытывали    влияние
  гpеко-скифской кyльтypы, свидетельством чего являются многочисленные
  кypганы Киевской и Полтавской областей.
 ---------------------------------
      *1 Подpобности см. в "Slav, star.", I, 221,  а  также  в  наст,
  книге, с. 138 и ел.
      *2 Herod., IV.17-18 и 53-54.

      С дpyгой стоpоны,  из  сообщения  Геpодота  о  походе  Даpия  в
  Скифию в 513-512 (или 507-505) годы до н.э. нам известно, что Даpий
  пpоник также в области, заселенные славянами (невpами), и вынyдил их
  отойти к севеpy.*3 Кpоме того, опpеделенные лингвистические данные,
  а именно довольно значительное число кельтских названий в топонимике
  pек в Пpикаpпатье, кельтские названия гоpодов, yказанные  Птолемеем
  (<гpеч.>),  и,  наконец,  несколько  названий   племен   (<гpеч.>),
  свидетельствyют о том, что земли славян в Пpикаpпатье  подвеpглись,
  по кpайней меpе частично, втоpжению галлов, котоpые в III и II веках
  до н.э. достигли побеpежья Чеpного  моpя,  что  доказывают  Galatai
  <гpеч.> декpета Пpотогена в Ольвии. Hашествие галлов было  вызвано,
  несомненно, давлением геpманцев, двигавшихся с севеpа в центpальнyю
  Геpманию, но каковы были сyдьба и пpодолжительность этого нашествия,
  остается до  сего  вpемени  совеpшенно  неизвестным.  Считать  этих
  галльских  завоевателей  венедами,  yпоминаемыми  на  Висле   более
  поздними истоpическими источниками, пpедставляется мне  невозможным
  по пpичинам, изложенным ниже*4.
 ---------------------------------
      *3 Там же, IV.83-98 и 118-143.
      *4 См. ниже, с. 35.

      Я полагаю также, что геpманские  племена  бастаpнов  и  скиpов,
  покинyвшие побеpежье Балтийского моpя и обитавшие с III века до н.э.
  на побеpежье Чеpного моpя, пpоникли  чеpез  теppитоpию,  заселеннyю
  славянами, пpимеpно так же, как это делали готы в III веке н.э. Это
  пpоизошло в пеpиод междy смеpтью Геpодота, котоpый ничего не знал о
  них, и 240-230 годами, когда бастаpны  yпоминаются  на  Дyнае  (28.
  Пpолог истоpии Тpога Помпея), то есть междy сеpединой V и сеpединой
  III века.
      Таковы   наиболее   значительные   и    достойные    yпоминания
  истоpические события, коснyвшиеся славян еще до начала нашей эpы.
      Еще одна  гипотеза,  однако,  заслyживает  особого  yпоминания,
  так как ее выводам пpидается большое значение  пpи  изyчении  основ
  славянской истоpии. Я имею в видy точкy зpения  Пейскеpа,  согласно
  котоpой славянский наpод еще задолго до нашей эpы и  вплоть  до  XI
  века н.э. находился в подчинении y  pазличных  завоевателей,  то  y
  геpманцев, то y тюpко-татаp, и находился в  постоянном  и  жестоком
  pабстве, что якобы опpеделило его хаpактеp и пpидало  особые  чеpты
  дальнейшей его  жизни  и  pазвитию.*5  Здесь  я  не  могy  подpобно
  показать, почемy эта  гипотеза  лишена  сеpьезного  основания,  как
  некотоpые незначительные и непомеpно pаздyтые факты пpиводят автоpа
  к недопyстимым заключениям; по этомy вопpосy я отсылаю  читателя  к
  своемy тpyдy "Zivot starych Slovanu"*6. Здесь пpиведy лишь несколько
  данных, необходимых для оpиентиpовки в этом вопpосе.
 ---------------------------------
      *5 Чешский исследователь Я.  Пейскеp  изложил  свои  взгляды  в
  нескольких pаботах, напpимеp "Die Slteren Beziehungen der Slaven zu
  Turkotataren und Germanen" (Berlin,  1905);  "Neue  Grundlagen  der
  slavischen  Altertumskunde;  Vorbericht"  (Stuttgart,  1914);  "The
  expansion of Slavs" (reprinted from the Cambridge Medieval History,
  II, 1914). См. кpитическое pезюме, опyбликованное  мной  в  "Аpхиве
  славянской филологии" (1909, с. 569) под названием "J. Peiskers neue
  Grundlagen der si. Altertumskunde" и в "Revue  des  Etudes  slaves"
  (II, 1922, c. 19-37) под названием "Des theories  nouvelles  de  J.
  Peisker sur les anciens Slaves", а также статью J.Janka "О  stycich
  starych Slovanu s Turkotatary a Germany  hlediska  jazykozpytneho",
  опyбликованнyю в "Вестнике чешской академии" (XVII, 1908, с. 101) и
  в жypнале "WOrter und Sachen" (1, с. 109).
      *6 См. "Zivot st. Slov>, I, c. 162; III, с.  135,  146  и  сл.,
  и статьи, цитиpованные в пpедыдyщем пpимечании.

      Пpоф. Пейскеp в основном  стpоит  свою  теоpию  всего  лишь  на
  нескольких  стаpославянских  словах,   относящихся   к   славянской
  кyльтypе. Эти слова, заимствованные частично из геpманских, частично
  из тюpко-татаpских языков, доказывают, по его мнению, что славяне в
  то вpемя, пока они жили на своей общей пpаpодине в бассейне Пpипяти,
  были подчинены  то  геpманцам,  то  тюpко-татаpам.  Такими  словами
  являются: млеко, скотъ и нyта (скот), с одной стоpоны, и, с  дpyгой
  стоpоны, быкъ, вол, коза и тваpогъ. Из факта заимствования yказанных
  слов вытекает якобы, что славянам было запpещено скотоводство и что
  они  говоpили  о  скоте  и  о  молочных  пpодyктах   лишь   как   о
  пpивилегиpованной собственности своих геpманских или тюpко-татаpских
  властителей. К выводy о жестоком pабстве славян Пейскеp пpиходит на
  основании поздних  известий  о  нападении  тюpко-татаp  на  славян,
  известий, согласно котоpым на Рyси не было ни лошадей, ни  pогатого
  скота*7.
 ---------------------------------
      *7 Const. Porphyr. De adm. imp., 2.

      Однако, возpажая Пейскеpy,  я  yже  кpатко  yказал  pанее,  что
  пpедпосылки, положенные в основy его гипотезы, в большинстве  своем
  несостоятельны во всех  отношениях.  Согласно  целомy  pядy  дpyгих
  истоpических  и  аpхеологических  свидетельств,   славяне   издавна
  самостоятельно занимались скотоводством и  имели  связаннyю  с  ним
  собственнyю богатyю теpминологию.  Hемногочисленные  заимствованные
  слова,  пpиводимые  Пейскеpом   как   действительно   иноязычные*8,
  подтвеpждают лишь то, что известно из истоpии, а именно, что славяне
  издавна жили в южной России по соседствy с тюpко-татаpами и были  с
  ними тесно связаны. Истоpия вновь показывает нам, что  впоследствии
  в течение коpоткого вpемени славянские  племена  пеpежили  одно  за
  дpyгим втоpжения гyннов, аваpов, печенегов, половцев и болгаp. Hо из
  этого никоим обpазом не следyет, что "все славяне начиная  с  эпохи
  своего единства находились в pабстве то y геpманцев, то  y  татаp".
  Если бы доводы Пейскеpа и были спpаведливы,  то  и  в  этом  слyчае
  нельзя было бы делать подобные заключения. Можно, пpавда, допyстить,
  что связи славян с тюpко-татаpами завязались еще до пpихода аваpов,
  а именно еще в эпохy неолита, когда  за  несколько  тысячелетий  до
  нашей эpы смyглые бpахицефалы, вышедшие из Сpедней Азии,  наводнили
  Евpопy. Однако в тy эпохy не было  еще  славян:  пpаиндоевpопейский
  наpод только фоpмиpовался где-то в Центpальной Евpопе, и славяне, не
  выделившиеся еще из его массы, не могли  почyвствовать  последствия
  этого втоpжения сильнее, чем остальная часть этой массы.
 ---------------------------------
      *8  Co  стороны  лингвистов  было  довольно  много  возражений,
  особенно  против  предположения,  что  термины  млеко   и   тварогъ
  заимствованы. Профессор славянской филологии  В.  Ягич  считает  их
  славянскими (см. труд И. Янка, цитируемый выше).

      Итак, y нас нет  доказательств  жестокого  pабства  славян  под
  геpманским и татаpским игом ни для дpевнейшего пеpиода их  истоpии,
  ни для более поздних вpемен. Подобное pабство никогда  и  нигде  не
  сyществовало,  кpоме  как  в  вообpажении  Пейскеpа,   пpинижающего
  славянскyю пеpвобытность. Поэтомy мы должны  pешительно  отвеpгнyть
  его толкование начала истоpии славян и пpинять во внимание лишь  те
  события, о котоpых мы yпоминали в начале этой главы.
      Пеpвые достовеpные известия о  славянах  относятся  к  I  и  II
  векам н.э. Славяне  появляются  в  них  под  наименованием  венедов
  (Venedi, Venadi, Veneti,  <гpеч.>).  К  этим  сообщениям  относятся
  сообщения Плиния (Nat. Hist., IV.97;  его  тpyд  написан  около  77
  года): "quidam haec habitari ad Vistulam usque fluvium a  Sarmatis,
  Venedis, Sciris, Hirris (corr.) tradunt"; Тацита (Тас., Germ.,  46,
  написана в 98 годy): "hie Suebiae finis. Peucinorum Venetorumque et
  Fennorum nationes Germanis an Sarmatis  ascribam  dubito...  Veneti
  multum ex moribus traxerunt: nam quidquid inter Peucinos  Fennosque
  silvarum ac montium errigitur, latrociniis pererrant, hi tamen inter
  Germanos potius referuntur, quia et domos fingunt, et scuta gestant
  et pedum usu ac pernicitate gaudent; quae  omnia  diversa  Sarmatis
  sunt in plaustro equoque viventibus"; Птолемея (умер около 178 года,
  Geogr., III.5.7): "<греч.>";  Geogr.  III.5.8:  "<греч.>";  Geogr.,
  III.56: "<греч.>".
      К  этим  свидетельствам  следует  прибавить   еще   и   другие,
  несколько более поздние: во-первых, это  надписи  на  Пейтингеровой
  карте, которая относится, по моему мнению, к концу III  века  и  на
  которой дважды упоминаются венеды-сарматы, один раз в Дакии, другой
  раз между  Дунаем  и  Днестром;  во-вторых,  это  греческий  список
  различных народов, составленный приблизительно в  начале  III  века
  (<греч.>), в котором встречаются названия <греч.>,  что,  очевидно,
  является  искажением  слов  <греч.>  и  <греч.>.  И,  наконец,  это
  свидетельство Марциана в его "Перипле" (около 400 года), где  опять
  встречается название <греч.> (II.38, 39, 40), имеющееся у Птолемея.
  В   этих   первоисточниках    венеды-славяне    представлены    как
  многочисленный  народ  (<греч.>),  расселившийся  за  Вислой  между
  Балтийским морем (Венедский залив), Карпатами  (Венедские  горы)  и
  землями певкинов и феннов.
      Такими представляются нам славяне  в  первые  века  нашей  эры.
  Более ранних свидетельств у нас нет. Из всех известий, привлеченных
  с целью возвеличить древнейшее историческое прошлое славян,  только
  два можно считать в известной мере правдоподобными.
      Прежде всего это заметки Корнелия  Непота  (94-24),  в  которых
  говорится об индах, занесенных бурей из "Индийского  моря"  (indica
  aequora) к берегам "Северного моря", где король батавов захватил их
  в плен и преподнес в дар в 58 году проконсулу А. Метеллу  Целеру.*9
  Затем это ряд древних преданий, согласно которым янтарь  происходил
  из земли генетов или енетов, расположенной у устья реки, называемой
  Ериданос, позднее отождествленной с рекою По.*10
 ---------------------------------
      *9 См. Pomp. Mela, III.5, 45. Ср. Plin., II.170.
      *10 Эту легенду знали уже Геродот  (III.115)  и  Гесиод  ("Hes.
  fragm.", ed. Marckscheffel, 355), Skylax (с. 19), Skymnos (v. 188).
  См. также Berger, Geschichte der  wissenschaftlichen  Erdkunde  der
  Griechen (I, c. 29).

      Наименования Indi и indica aequora (инды и Индийское  море)  не
  могут относиться к Индии, так как бурей не могло отнести корабль из
  Индии к побережью Германии. Очевидно, здесь речь идет не об  индах,
  а о другом народе с похожим наименованием, в частности о  "венедах"
  римских авторов или о "виндах" (Vindy) -- по-немецки Wenden. Что же
  касается легенды о происхождении янтаря, то тут следует  вспомнить,
  что  в  землях  итальянских  "венетов"  это  редкое   вещество   не
  встречалось,  тогда  как  именно  Прибалтика  когда-то   поставляла
  средиземноморским странам огромное  количество  янтаря  и  торговля
  между ними имела место уже в течение второго  тысячелетия  до  н.э.
  Можно также допустить, что  традиционное  представление  о  наличии
  янтаря  в  северной  Италии  (исторической  Венеции)  появилось   в
  результате того, что смешивали балтийских  венедов  с  итальянскими
  венетами, которые были,  конечно,  более  известны  историкам,  чем
  первые. Однако следует признать, что подобное объяснение этих  двух
  древних свидетельств может быть по праву отвергнуто.
      Балтийские  венеды   были,   безусловно,   славянами.   Имеется
  несколько доказательств этого. Во-первых, их места обитания в  I-II
  веках  н.э.  совпадают  с  местами  обитания  славян  в  VI   веке.
  Распространение  славян  было   совсем   незначительно   в   период
  переселения  народов.  Во-вторых  --  и  это  очень  важный  довод,
  -наименование  венедов,  вендов*11  сохранялось  в  немецком  языке
  (Wenden, Winderi) в течение  всей  исторической  эпохи,  вплоть  до
  новейшей, как общее наименование славян. Старые деревни, которые их
  немецкие соседи хотели отличить от одноименных  немецких  деревень,
  обозначались в отличие  от  них  windisch  или  wendisch.  Наконец,
  Иордану, историку VI века,  первым  давшему  очерк  начала  истории
  славян, известно, что наименования  "венд",  "венед"  и  "славянин"
  употреблялись  для  обозначения  одного  и  того  же   народа;   он
  употребляет эти названия попеременно,*12 из чего  можно  заключить,
  что в VI веке признавалось тождество славян с венедами.
 ---------------------------------
      *11  Форма  "венд"  (vend)   была,   вероятно,   первоначальной
  формой; распространенная форма "веиед" (vened) возникла в греческой
  и римской литературе, по-видимому, под  влиянием  хорошо  известных
  названий адриатических венетов.
      *12 Iord., Get,V.34, XXIII.119.

      Приведенные доказательства одновременно опровергают  как  точку
  зрения Тацита, который колебался, отнести ли венедов к сарматам или
  к германцам, и остановился, наконец, на их германском происхождении,
  так и археологические гипотезы Р. Муха, по мнению  которого  венеды
  были иллирийской народностью, а также последние гипотезы  Шахматова
  и Пейскера, считающих венедов кельтами на основании якобы кельтской
  терминологии водных путей на территории прародины венедов*13.  Если
  бы эта номенклатура была действительно кельтского происхождения  (а
  в этом можно сомневаться, по крайней мере по отношению к части этих
  названий), то это доказывало бы нам лишь то,  что  кельты  когда-то
  проникли в эти края, очевидно, под напором германцев, продвигавшихся
  с севера в Германию*14.  Однако  это  никоим  образом  не  является
  доказательством того, что венеды I-VII веков  н.э.  были  кельтами.
  Самое большее, что можно допустить, это то, что если венеды и  были
  кельтского происхождения, то их славянизация произошла задолго до I
  века н.э. Что же касается моей точки зрения, то я не  сомневаюсь  в
  том, что венеды Плиния,  Тацита  и  Птолемея,  так  же  как  венеды
  Иордана, Прокопия и более поздних историков, всегда были славянами.
  Их наименование -- венды, венеды -- не было собственно  славянским,
  а являлось, очевидно, названием чуждого происхождения, которое дали
  славянам их  соседи.  Значительная  распространенность  названий  с
  основой vind или vend на землях, заселенных когда-то кельтами, дает
  основание    предположить,    что    эти    названия     кельтского
  происхождения.*15
 ---------------------------------
      *13 См. критику этих теорий М. Фасмера и К.  Буги  (М.  Vasmera
  а К. Bugy, Rocznik slawistyczny, IV.3, с. 189).
      *14 См. выше, с. 27.
      *15 Так, например, Vindana,  Vindalum,  Vindonissa,  Vindeleia,
  Vendovera, Vindobriga, Pennovindos, Vindobala, Vindolana, Vindomova,
  Vindogladia, Vindogara в Галлии и Бретани;  Vindelici,  Vindonianus
  vicus,   Vindobona,   Magiovindus,   Vendidora   и    т.    п.    в
  восточноальпийских  землях.  Ср.  d'Arbois  de  Jubainville,   "Les
  premiers habitants de l'Europe", II, c. 264, 294.  Этимология  слов
  венд,  винд  неясна  (vindos  --  "белый"?).  Остальные   возможные
  толкования этого слова см. в "Slov. star.", I, c.  201.  Существует
  также славянская этимология. Первольф находит тут же корень vent --
  "великий", старославянская форма сравнительной степени "vetsij" --
  "больший".

      Наконец, у этого многочисленного народа, населявшего  в  первые
  века нашей эры  обширные  земли  между  Вислой,  Балтийским  морем,
  Карпатами и Днепром и Десной, было  в  ту  эпоху  свое  собственное
  местное название "славяне". Можно догадываться также о существовании
  еще более древнего названия серб (множественное число  сербы).  Эта
  догадка, между прочим, основана на  неясном  комментарии  Прокопия,
  писавшего о славянах и антах*16: "<греч.>".
 ---------------------------------
      *16 Ргосор., В. G. III.14.

      К   сообщению    Прокопия    можно    присоединить    традицию,
  сохранившуюся у анонимного Баварского географа IX  века:  "Zeruiani
  (речь идет о прикарпатском народе), quod tantum est regnum ut ex eo
  cunctae gentes Sclavorum exortae sint et originem  sicut  affirmant
  ducant"*17. Очевидно,  существовало  название,  близкое  греческому
  <греч.> (которое является, вероятно, сокращением <греч.> -- названия
  известного царства на побережье Азовского моря), однако считать, что
  здесь речь идет о сербах, нельзя, так как для  этого  слишком  мало
  оснований. Предки исторических сербов никогда не жили  за  Азовским
  морем. Слово "сербы" (serbi) нигде не засвидетельствовано как общее
  название всех славян, и форма "сорб", которая якобы  была  исходной
  формой греческого слова <греч.>, в древних источниках  о  восточных
  сербах не встречается*18.
 ---------------------------------
      *17 См. выше, с. 25.
      *18  Она  появляется  лишь  в  источниках  VIII  века   ("Slov.
  star.", II, с. 487; III, с. 114) и только для обозначения полабских
  сербов (sorabi в анналах Эйнхарда, 782, 806, 822, и surbi в анналах
  Фредегара, IV.68).

      Нам осталось еще рассмотреть  только  одно  общее  подлинное  и
  древнее наименование, а именно наименование славяне, словене (форма
  множ. числа;  в  единственном  числе  --  Словении).  Это  название
  встречается в истории впервые в  начале  VI  века  у  Псевдо-Цезаря
  Назианского*19, затем около 550  года  неоднократно  у  Прокопия  и
  Иордана и, наконец, у более поздних историков. Не  лишено  вероятия
  утверждение, что это наименование встречается также  у  Птолемея  в
  перечне  племен  Сарматии.  Название  <греч.>  (Geogr.,   VI.14.9),
  употребляемое автором, действительно очень близко славянской  форме
  словене, и можно предположить,  что  Птолемей  заимствовал  его  из
  какого-то источника, даже не зная, разумеется, что это был за народ
  и  каково  было  его  отношение  к  венедам,  живущим   на   западе
  Сарматии.*20
 ---------------------------------
      *19 Dialogi, 110  (Migne,  Patrologia  graeca,  38,  847).  Ср.
  Mullenhoff, Deutsche Altertumskunde, 11.347, 367.
      *20 Более древних упоминаний нет. А. Погодин  считал  достойным
  внимания в этом  отношении  два  имени  собственных  --  Stlabonius
  Fuscinus ("Corpus inscr. lat.", 111.4150) и  М.  Slavus  Putiolanus
  (там же, III, добавление, с. 1958); оба весьма сомнительны.

      Объясняя этимологию  слова  "словене",  Фр.  Миклошич  высказал
  предположение, что оно употреблялось сначала для  обозначения  лишь
  тех славян,  которые  продвигались  в  VI  веке  к  югу  (словенцы,
  дакийские славяне и будущие болгары), и  что  оно  якобы  только  в
  течение последующих столетий было распространено  на  всех  славян.
  Однако мне представляется уже доказанным, что это наименование с VI
  века обозначало все славянские племена. Оно встречается не только у
  тех славян, которые проникали тогда в Италию, Истрию и на Балканский
  полуостров, но также и у славян, обитавших в центре России (Suavi у
  Иордана,  Get.,  250,  не  говоря  уже  о  Zovop4voi,   упоминаемых
  Птолемеем). Наконец, мы встречаем это название в VII веке  в  Чехии
  (Samo rex Sclavinorum у Фредегара) и в Лужице (Surbi gens ex genere
  Sclavinorum, Sclavi cognomento Winadi, ibid., Chron., IV.48, 68), а
  в VIII веке на побережье Балтийского моря  (Einhard,  Ann.  Franc.,
  782, 789; Ann. Alem., 790). В наиболее ранних славянских письменных
  документах с начала  IX  века  для  обозначения  славянского  языка
  употребляется общий термин "словеньскъ  языкъ";  встречаются  также
  "словеньское племя", "словеньский народъ вьсь" ("славянское племя",
  "весь славянский народ"). Наконец, то,  что  производные  от  слова
  "славянин"  сохранились  повсеместно,  свидетельствует   в   пользу
  первоначального широкого значения этого  наименования.  С  IX  века
  известны новгородские словене в России, словинцы, живущие и  поныне
  у устья Вислы, словинцы в Каринтии и словаки  в  Словакии.  Албанцы
  называли сербских  и  македонских  болгар  Skja,  Skjeji,  то  есть
  славянами.
      Название  "славянин"  славянского  происхождения,  однако   нам
  неизвестны,  как  это  ни  странно,  ни  его  этимология,  ни   его
  первоначальное  значение.  Наряду  с  формами   <греч.>,   <греч.>,
  Sklaveni,  Stlaveni,   образованными   непосредственно   из   формы
  "словене", в латинском и греческом  языках  имеются  краткие  формы
  <греч.>,  <греч.>,  Sclavi,  Stlavi   неизвестного   происхождения.
  Вероятно, они возникли под влиянием окончания -славь, которое часто
  встречается в именах собственных. Краткие формы известны уже  в  VI
  веке, а начиная с VIII века они очень распространены  в  письменных
  документах.
      На основании указанных кратких форм (а также  русского  термина
  "славяне") происхождение наименования "славяне" еще до начала  XIII
  века стали  связывать  со  словом  "слава"  и  переводить  его  как
  "gloriosi", "ainetoi". Это толкование удерживалось до XIX  века,  и
  известный славянский поэт и археолог Я. Коллар поддержал его  своим
  авторитетом.    Другое    толкование,     не     менее     древнее,
  засвидетельствованное уже в начале XIV века, связывает наименование
  славяне -- словене с понятием "слово" и переводит его как "verbosi,
  sermonales, <греч.>".
      Это объяснение приняли такие выдающиеся исследователи,  как  И.
  Добровский и  П.  Шафарик.  Последний  опирался,  в  частности,  на
  аналогичный факт, а именно, что славяне  называли  соседний  народ,
  язык которбго они не понимали, словом "немцы" (единственное число --
  "немец", производное от "немъ", "немой"). Хотя эта вторая  гипотеза
  имела  большое  число  сторонников,  тем   не   менее   большинство
  современных лингвистов отвергает ее на том основании, что славянский
  суффикс -en, -enin, -janin всегда  указывает  на  принадлежность  к
  определенной местности и что, следовательно, наименование  Словении
  должно  было  быть  образовано  от  названия  местности   (Слово?),
  названия, которое, к сожалению, нигде не встречается.*21
 ---------------------------------
      *21 В заключение  Розвадовский  называет  ряд  названий  рек  в
  Польше  и  России,  образованных  от  формы  "слав"  и  "слов",   и
  предполагает, что существовала река, называемая Слова или Слава, или
  хотя бы болотистая местность, называемая "Слово", а народ, обитавший
  в этой области, получил от него название человеке". Эти названия рек
  образованы  якобы  от  корня  "А/ем"  --   означающего   "заливать"
  (поливать), "чистить". Милан  Будимир  высказывает  это  же  мнение
  (Zbornik A. Belice, Belehrad, 1921, с. 97-112, 129-131).

      Итак,  происхождение  названия  славян  остается  невыясненным.
  Однако нам известно, что носитель его появляется в начале нашей эры
  как могущественный народ, расселившийся на огромной территории между
  Вислой и Десной: "natio populosa per immensa  spatia  consedit"  --
  писал о нем в VI веке Иордан*22. В настоящее время известно  также,
  что этот многочисленный народ появился в Европе не в этот период, а
  жил там издавна в тесном взаимодействии с другими  индоевропейскими
  народами. Ныне это положение признано в  науке  и  не  нуждается  в
  доказательстве, как 100 лет тому назад,  когда Шафарик  писал  свои
  "Древности" с целью доказать главным образом  древность  славян,  в
  которой сомневались некоторые немцы*23.
 ---------------------------------
      *22 Iord. V.34.
      *23 См. "Cesky casopis historicky", I, 1895, с. 19.

                               ГЛАВА IV
 ---------------------------------------------------------------------
                        Дифференциация славян

      Сколько бы ни говорили о первоначальном  единстве  славян,  все
  же они никогда не представляли собой единого целого в полном смысле
  этого слова. У них, как и у каждой этнической группы,  всегда  были
  соматологические*1, культурные*2 и языковые различия. Эти последние
  известны нам  лучше  всего,  так  как  язык  дает  наиболее  полный
  материал,  позволяющий  проследить  начало  и  дальнейшее  развитие
  дифференциации славян.
 ---------------------------------
      *1 См. выше, с. 19-20.
      *2 Достаточно упомянуть здесь в качестве основного  факта,  что
  западная часть древней славянской территории всегда, в частности  и
  в доисторическую эпоху, испытывала иные культурные влияния,  нежели
  восточная часть, простиравшаяся по Днепру, который  связывал  ее  с
  Черным морем и Востоком.

      Как  и  повсеместно,  на  дифференциацию  славян  воздействовал
  прежде всего внутренний фактор,  под  влиянием  которого  произошли
  незначительные  фонетические,  грамматические  и  лексикологические
  различия и появились  диалекты.  Первоначальные  различия  возросли
  затем благодаря  изоляции  и  в  особенности  благодаря  тому,  что
  определенные элементы отделились от материнского ствола  вследствие
  переселения и скрещивания с чуждым языком или языками.
      Под влиянием этих факторов  древнее  единство  славян  --  а  о
  таком единстве говорить можно, так как различия внутри него  долгое
  время были незначительными, -- распалось, и на заре истории мы видим
  уже ряд  новых  образований,  сложившихся  окончательно  в  течение
  последующих столетий, как например: 1) русское, 2)  болгарское,  3)
  сербо-хорватское,   4)   словенское,    5)    чехо-словацкое,    6)
  лужицко-сербское, 7) полабско-поморское и 8) польское. Все эти языки
  являются  продолжением  материнского  языка,  на  котором  когда-то
  говорили в прикарпатской прародине. Мы не можем точно определить ни
  времени распада этого единого славянского языка, ни времени  начала
  и самостоятельного существования названных языков и говорящих на них
  народов. В настоящее  время  славянская  филология  допускает,  что
  древнее единство славян существовало, несмотря на начавшийся распад
  его, еще в течение первых веков нашей эры.*3 И это все,  что  можно
  сказать по данному вопросу. Разделение единого языка и  становление
  отдельных славянских языков произошло не сразу, а  постепенно.  Ход
  этого процесса, а также взаимное родство народов, говорящих на этих
  языках, давно являются предметом исследования.
 ---------------------------------
      *3 Таковой,  например,  является  точка  зрения  В.  Ягича,  О.
  Гуера и А. Соболевского.  А.  Шахматов  продлевает  эпоху  единства
  вплоть до IV века, в то время как А. Мейе допускает,  что  всеобщий
  славянский язык существовал еще в VIII веке н.э. (Le  monde  slave,
  1917, III, c. 399; Revue des Etudes slaves, I, 1921, c. 8; II, 1922,
  c. 303, и критика Белича в "Slavii", I, 1922, с. 8).

      Чешский  грамматик  Ян   Благослав   в   1571   году   разделил
  славянские языки  на  три  большие  группы:  чешскую,  словацкую  и
  польско-русскую. Однако впоследствии число групп славянских  языков
  было сведено к двум. Такого деления на две группы придерживались А.
  Бандури, И. Фриш, X. Иордан, К. Антон, М. Катанчич, А. Шлецер и др.,
  однако они не опирались на научно обоснованную аргументацию. Только
  отцу  славянской  филологии  И.  Добровскому  принадлежит   заслуга
  научного обоснования теории деления славянских языков. Согласно его
  концепции, древний общеславянский язык разделился  сначала  на  две
  ветви -- восточную и западную; производными языками от первой ветви
  являются  русский,   старославянский,   иллирийский   (сербский   и
  болгарский), хорватский  и  словенский.  Языками,  производными  от
  второй  ветви,  являются  чешский,  словацкий,  лужицко-сербский  и
  польский.
      После И. Добровского теории  разделения  славянских  языков  на
  две ветви  довольно  долго  придерживались  даже  такие  выдающиеся
  филологи, как П. Шафарик, Б. Копитар, Ф. Буслаев, И. Гебауер; в 1865
  году А. Шлейхер предложил, согласно этому принципу, следующую схему
  родословной славян*4:

                          праславянский язык
                                  ¦
                   ---------------+------------¬
             западная ветвь         юго-восточная ветвь
            -------+-----¬               ------+----------¬
         ляшский      чешский       русский           южная группа
    -------+-----¬   ----+---¬       ----+---¬            ¦
   польск. полабск. лужицк. чешск. велико-  мало-         +----¬
                                 русский  российский      ¦ болгарск.
                                (русский) (украинск.)     ¦
                                                    ------+-----¬
                                                  сербск.   словенск.
 ---------------------------------
      *4 См. Приложение к VII тому  Зап.  Акад.  наук,  ч.  2,  СПб.,
  1865, а также Beitrage zur vergleichenden Sprachforschung, 1856, с.
  1-27.

      Однако вскоре  вместо  деления  общеславянского  языка  на  две
  ветви вновь было принято первоначальное деление на три ветви.
      Если не принимать во внимание доктрину  Благослава  1571  года,
  эта идея возникла в России в результате стремления выделить русский
  язык из остальных языков в качестве самостоятельной  ветви.  Первым
  выдвинул и отстаивал теорию разделения языков на три ветви  русский
  ученый А. Востоков, его  последователями  были  М.  Максимович,  И.
  Срезневский. В.  Григорович,  А.  Будилович  и  др.  Новая  система
  встретила и за пределами России более широкое признание, чем система
  Добровского и Шлейхера.
      Однако  представители  сравнительного   языкознания   выступили
  против подобной классификации (мы уже упоминали труды И. Шмидта*5),
  а также  против  теорий  происхождения  славянских  языков,  и  все
  родословные  славян  были  окончательно   отвергнуты.   Ограничимся
  разбором  концепции  В.  Ягича  --  в  настоящее  время  старейшего
  представителя славянской филологической школы, -- концепции, которая
  полностью согласуется с данными  о  древнейшем  периоде  славянской
  истории.
 ---------------------------------
      *5 См. выше, с. 15.

      В. Ягич признает большую ценность теорий И. Шмидта  и  считает,
  что  зачатки  позднейших  славянских  языков  существовали  уже   в
  общеславянском   языке   и   что   порядок   их    территориального
  распространения уже тогда соответствовал их расположению в настоящее
  время.  Когда  же  эти  диалектные  зачатки  были   перенесены   на
  исторические места  обитания  славян,  то  здесь  они  окончательно
  обособились так, что одновременно образовали три различные  группы,
  из которых каждая объединяла наиболее близкие языки:
      1) русская группа с русским и украинским языками;
      2)  западная  группа   с   языками   чехословацким,   польским,
  лужицко-сербским и полабским;
      3) южная группа со словенским,  сербо-хорватским  и  болгарским
  языками.*6
 ---------------------------------
      *6 "Archiv fur slavische  Philologie",  XX,  с.  21  (XVII,  с.
  71).

      Процесс  дифференциации   и   разветвления   языков,   конечно,
  протекал не всегда определенно, а в окраинных областях иногда имело
  место и скрещивание. Но это не  исключало  деления  общеславянского
  языка на три группы, поэтому интересно  проследить,  в  какой  мере
  топография славянской прародины и ее  рельеф  способствовали  этому
  делению. Перед народом, рост  численности  которого  заставлял  его
  распространяться за пределы  своей  прародины,  помещенной  нами  к
  северу от Карпат между реками Вислой  и  Днепром,  открывались  три
  больших пути. Первый путь ведет на запад: это легко доступный путь,
  так  как  Висла,  так  же  как  и  Одер,  едва  ли  была  серьезным
  препятствием. Таков же второй путь, ведущий к бесконечным просторам
  России. Путь к северу был  прегражден  морем,  а  также  озерами  и
  болотами.*7 Путь к югу преграждался цепью Карпатских гор, однако по
  краям этого хребта было достаточно места для  проникновения  народа
  двумя путями по направлению к Дунаю. Это и был третий  путь.  Итак,
  топографические  условия   прародины   славян   также   чрезвычайно
  способствовали делению славян на три группы,  так  как  люди  могли
  расселяться лишь по направлению к западу, югу и востоку.
 ---------------------------------
      *7 Впрочем,  и  болота  в  бассейне  р.  Припяти,  составлявшие
  северную часть славянской прародины, были мало заселены, а жители их
  были недостаточно сильны, чтобы эффективно расселяться по  северным
  районам,  густо  населенным  в  то  время  прусскими  и  литовскими
  племенами.

      Следовательно,  разделение  славян  на   три   большие   группы
  основывается  не  только  на  лингвистическом  различии,  но  и  на
  расположении и ориентации их прародины. Черта, отделяющая отдельные
  группы,  соответствует  приблизительно  границе  между   бассейнами
  Черного и Балтийского морей. Одни следовали по течению рек на запад
  и на север, другие на север, восток и юг. Разделение славян на  две
  большие культурные группы, на обосновании которого  мы  остановимся
  ниже, зависит  от  того,  к  какому  из  этих  двух  бассейнов  они
  относились*8.
 ---------------------------------
      *8 См. выше, с. 40.

                               *   *   *